Священник медленно поплелся в церковь, как всегда проклиная по пути французов.

4

Из окошка кареты, катившей в Милан, Саулина смотрела на убегавший назад лес. Высокие тополя, кряжистые дубы и густые заросли акаций казались чужими, пугающе незнакомыми.

— Как дела? — спросила Джузеппина, радуясь, что ее миссия окончилась успешно.

— Хорошо, — ответила Саулина.

Она говорила правду, ее действительно охватило ощущение счастья. Расставание прошло мирно, без душераздирающих сцен. Увидев золотые монеты в руках знатной дамы, Амброзио Виола тотчас же выказал полную готовность услужить. Нетрудно было убедить его отпустить дочь.

— О чем ты думаешь? — спросила Джузеппина.

— Ни о чем, — сказала девочка.

Она была вся поглощена новыми впечатлениями: покачиванием подпрыгивающей на ухабах кареты, топотом лошадиных копыт, тучей пыли, которую они оставляли позади.

— Ты рада, что едешь в Милан? — допытывалась Джузеппина.

— Не знаю.

— Тебя ждет много нового, и поначалу тебе будет нелегко, но дай срок: как только ты немного освоишься, тебе понравится новая жизнь.

Саулина не испытывала печали при расставании с прошлым, но и не сгорала от нетерпения при мысли о будущем. Она жила настоящим и сейчас любовалась дорогой, петлявшей среди густого леса, наполненного ароматами наступающего лета.

— Вы все знаете, — сказала Саулина, признавая мудрость и опыт своей наставницы, — и вы, конечно, правы.

Певица восприняла эти слова как благоприятный знак.

— Ты делаешь меня счастливой, — произнесла она.

Если бы у Саулины был выбор, она устроилась бы на козлах рядом с возницей, но на эту просьбу синьора Джузеппина ответила категорическим отказом. Девочке пришлось занять место внутри экипажа на мягких подушках напротив своей покровительницы.

— А вы хорошо его знаете, этого генерала Бонапарта? — спросила Саулина.

Лицо дамы окрасилось румянцем.

— Я очень хорошо его знаю, — ответила она.

«Я тоже», — хотелось похвастаться девочке, но она промолчала.

— Знаешь, — продолжала Джузеппина, — он очень любит музыку. Когда он бывает в Милане — обязательно приходит в театр послушать, как я пою.

Саулине хотелось расспросить поподробнее, что такое театр, но ведь Джузеппина непременно возьмет ее с собой в театр, и тогда она сама все увидит. Поэтому она выбрала другую тему.

— А генералы, — спросила Саулина, — рождаются генералами?

Джузеппина посмеялась над ее наивностью.

— Только короли рождаются королями, — добродушно объяснила она. — Но бывают необыкновенно одаренные люди, которые становятся генералами.

— А как?

Пока Джузеппина собиралась с мыслями, чтобы ответить на этот нелегкий вопрос, карета вдруг сильнее обычного подпрыгнула и так резко остановилась, что Саулину бросило вперед. Снаружи послышался зычный голос возницы и отчаянное ржание вздыбившихся лошадей.

— Что случилось? — вскричала женщина прерывающимся от волнения и страха голосом.

— Пока ничего, — ответил звучный мужской голос, и в окошке кареты показалось лицо человека в маске.

Из-под старой шляпы выбивались светлые кудри, черные глаза воинственно сверкали из-под маски. Похоже, он был молод.

— О боже, — прошептала Джузеппина, прижимая к себе девочку и пряча лицо в ее волосах, — это разбойник!

— Воистину так, разбойник, — весело согласился незнакомец в маске.