А нет, вон, несколько человек все же неуклюже переминаются возле полыхающего дома… Домов. Их тут три. Похоже, первым действительно загорелось пустое здание — оно легко опознавалось по заколоченным снизу окнам и заваленному сугробами двору. Но огонь перекинулся на соседний дом — походу, они тут строились по единому плану и практически стена к стене, как в каких-нибудь коттеджных поселках моего прежнего мира — и оттуда еще на один. На этом третьем пока только огонь весело танцевал по сухим листьям на крыше… Откуда там сухая листва? Видно, с осени не убрали, ее снегом засыпало, потом в оттепель она оттаяла и успела за день просохнуть. Или жар от соседнего дома ее посушил…

Тут было ясно, что делать: без всякого раздумья я просто сбил огонь воздушной волной. Точнее, попытался сбить. Пламя на миг улеглось — и вспыхнуло сильнее!

Ох, черт, подпитка кислородом! Слишком маленький «напор» воздушной волны.

Я подумал, не шибануть ли воздушной пулей или направленным воздушным контейнером, авось все-таки пламя собьет (но не повредит ли крышу?), но сделать ничего не успел. Меня отвлекли вопли внизу:

— Дети! Там дети! Помогите, кто-нибудь!

Вопила молодая совсем женщина, скорее, даже девушка, просто по перекошенному от ужасу и слез лицу с трудом считывался возраст. Одета она была в футболку, домашние тренировки и шлепанцы на босу ногу — явно выскочила из дома в такой спешке, что даже куртку с вешалки не сняла.

Из второго дома, тот, который еще не полыхал весь, но уже качественно успел и загореться, и дымом окутаться. Хотя окна второго этажа еще светились: то есть проводка как минимум не вся оплавилась.

— Машка с Мишкой, что ли? — спросил стоящий рядом мужик, в зимней куртке поверх таких же домашних треников и футболки. Сосед, наверное. — Ты та нянька, которую Евстигнея на вечер наняла?

Голоса отлично поднимались вверх, несмотря на шум пламени, мне было слышно каждое слово.

— Да! Родители в театр ушли, я вот сидела… Они там наверху, в детской! Я им внизу ужин готовила! А все вспыхнуло!

— Тебе детей доверили, а ты, шалава беспутная, без них выскочила! — рявкнул мужик.

Но я его уже не слушал. Я метнулся от третьего дома ко второму. Окно детской считывалось сразу: по веселеньким занавескам с мишками и воздушными шарами и по розово-голубым обоям. Под вопли с улицы — похоже, меня увидели, но что кричали, я пропустил мимо сознания — я высадил стекло и сиганул через подоконник.

Красивая чистенькая комната была полна дыма, сквозь который сказочные животные приветливо улыбались со стен. Все-таки не совсем детская, скорее, игровая: кроватей я тут не увидел, только куча игрушек, стол с песком, кукольный дом с меня ростом, что-то вроде вигвама, стеллаж с детскими книгами, на полу большой лист ватмана, изрисованный — скорее, исчерканный — мелками, сами мелки валяются вокруг, не наступить бы… Судя по качеству «рисунков» и прочему, завсегдатаям этой игровой четыре-пять лет, не больше. Скорее, даже меньше. Но самих их не видно.

— Миша! Маша! — закричал я. — Вылезайте!

Молчание.

— Видите, я мальчик-волшебник! Пришел вас спас… В смысле, в гости к вам! Мы здорово поиграем!

Молчание.

Я заглянул в вигвам, под кресло — пусто. Дыма становилось все больше и больше, при этом воздух делался суше и жарче. К счастью, мне он особо не мешал: вокруг меня сам собой создался кокон чистого воздуха. Не спелл, в смысле, я сознательно этого не делал. Похоже, Всадник Ветра так защищал меня.

Но как в такой атмосфере чувствует себя трехлетка?

На подходе к двери я чуть не споткнулся о детскую ступеньку и увидел, что сама дверь приоткрыта.