Инга глубоко затянулась и выпустила к потолку дрожащее дымовое кольцо.

— Служащий комитета по охране здоровья матери и ребенка?.. — Она усмехнулась. — Пособие на новорожденного, случаем, никому не выплатил? А то, конь в малине, придется ломать голову, по какой статье провести расходы.

— Неужели комитет с подобным названием и в самом деле существует?

— Не думаю. Насколько мне известно — нет. Есть просто комитет по здравоохранению.

— Спасибо за консультацию, — сказал я. Мы ходили вокруг да около, и, возможно, она понимала, что я это тоже понимаю. Но правила этой игры задавали не мы, и не нам их было отменять. На мой взгляд, по крайней мере, время для отмены еще не наступило…

— Заберешь отмычки?

— Заберу… Если при следующем обыске у тебя их найдут, могут и настучать. Тогда возникнут неприятности с властями… Ты же понимаешь, что все эти гипнообработки по существующему законодательству могут быть расценены как преступление против личности. Тебя-то просто вышлют, а у Пал Ваныча могут появиться лишние расходы. Непредвиденные взятки в смету не заложены.

— Интересно, — сказал я, — а как вы закладываете предвиденные взятки?

— В качестве представительских расходов, разумеется!

Мне стало скучно. Я сел на ручку кресла и притянул эту роскошную женщину к себе.

— Теперь понятно, почему мы, американцы, никогда не понимали экономическую политику ваших правительств… Пойдем-ка лучше в постель! Мой конь соскучился по малине. Очень соскучился!

— Подожди!

Но я уже опять запустил руку в разрез под мышкой и шатром накрыл ее левую грудь. Инга вздрогнула, закинула руки за голову и обняла меня за шею. Ладони у нее были сухими и горячими.

Хорошо, что в постели ходить да около — не означает попыток пытаться обмануть друг друга. Это всего лишь прелюдия к главному, и чем дольше она длится, тем больше распаляет страсть тебя и твою партнершу. Моя ладонь скользила по телу Инги, старательно избегая главных точек. Спина, живот, ягодицы, внутренняя поверхность бедер. И снова спина, живот… И только когда Инга начала выгибаться, поднимая таз, я навалился на нее и стиснул ее груди так сильно, что она застонала и прикусила губу. Вот тогда конь и устремился в малину.

Глава 23

Поужинать сегодня решили в номере. Ели жаркое с черносливом, пили шампанское.

Все было в ажуре. Кроме одного: я не мог отделаться от мысли, что с каждым сказанным словом, с каждым движением приближается минута расставания. Спарились и разбежались… Вот сейчас мы доедим жаркое, допьем шампанское, Инга посмотрит на часы и скажет: «Ну все, америкен бой. Я побежала».

— Я сегодня остаюсь до утра, — сказала она. — Закажи еще шампанского.

У меня отвалилась челюсть.

— А как же твой муж? С осиновым колом…

— С каким еще колом?

Я рассказал ей про стрелу Амура и про осиновый кол.

Она расхохоталась:

— Я не замужем, глупый. А ты о себе слишком высокого мнения.

— Так уж и слишком, — поддразнил я.

Она вдруг перестала улыбаться:

— Нет, конечно, не слишком. Наверное, твой рассказ был бы верен, окажись я замужем. До сих пор считала, что мужчина в доме — источник лишних хлопот. Деловая женщина должна в первую очередь думать о работе, а потом уже о любви.

— Теперь ты так не считаешь? — Мне опять казалось, что наши слова ничего не стоят, что за ними кроется совсем не сексуальный интерес.