Габриэль покосился на него, а потом снова уставился на вожака.

– Вылезай, – произнес тот.

– Погода что-то хулиганит, – Габриэль посмотрел на небо. Затянутое тучами, оно предвещало грозу.

«Было бы забавно, если бы сейчас этих идиотов залило дождем, – подумал Габриэль, – плащи у них, похоже, обычные тканевые».

– Вылезай, – повторил вожак.

– А ты имеешь право мне указывать? – Габриэль взглянул в лицо вожака, наполовину прикрытое тенью капюшона.

– Ребята, вытаскивайте его!

– Тихо, спокойно, – Габриэль поднял руки вверх, показывая ладони, – я не вооружен. Хорошо, я спущусь.

Грабители обступили его, когда он вылез из повозки. Вожак подошел к нему практически вплотную – стоял в метре.

«Отличная дистанция, дурачок», – подумал Габриэль.

– Где твое оружие? – спросил один из роботов.

– Та-а-а-к, уже неплохо, – надменно ответил Габриэль.

– Что неплохо? – спросил еще кто-то.

– В вас, я вижу, есть доля разумности. Правильный ты (он указал пальцем на одного из роботов) вопрос задаешь. Где же мое оружие? Хм… Наверное, я безумец, решивший один ночью ехать без оружия по маршруту, где часто пропадают люди. Да? Ну, или, может, есть причина, по которой я могу тут бесстрашно колесить взад-вперед сквозь ваши поганые сборища и не бояться, что кто-то мне навредит? Может, так? Как думаешь, ты… ты же главный в этой шайке самоуверенных болванов? – Габриэль взглянул на вожака.

– Повозка дорогая, скакун хороший, – сказал кто-то, – оружия у него и правда нет. В чем подвох-то?

– Мое оружие заключено в моем разуме, – произнес Габриэль, – ваши палки вас не спасут. И я до сих пор не понимаю, зачем я веду с вами разговор. Наверное, чтоб не успели разбежаться. Тела ваши будут стоить дорого. Это хорошо.

На улице заморосил дождь.

– Надо валить его, – произнес вожак, – дождь усиливается.

Один из андроидов замахнулся булавой…

Ева

Небольшое поселение, состоящее из одной улицы и пары десятков домов, находилось в часе пути от теперь уже разрушенного моста. Ева и Левий добрались до деревни за минуту до дождя.

– Тебе же можно промокать? – спросила девочка, стоя возле андроида и рассматривая деревянные одноэтажные дома роботов во мраке ночи.

– Нежелательно. У меня есть части тела, где герметичность потеряна. Ремонт будет стоить дорого, если вообще найдутся части тела, – ответил Левий.

– А где вы берете части тел?

– Это не очень приятная тема.

– Ну расскажи, чего такого?

– Они воюют с соседней страной за ресурсы. Ресурсы – это тела солдат. Если ты пал в бою, тебя заберут и используют твои части.

– Кошмар… паразиты какие-то.

– Так и есть.

– И вы с этим боретесь?

– Не совсем боремся, скорее, мы сеем. Научный прогресс искоренит ненависть. Мы сеем критическое мышление в сознания андроидов. Если мы сможем прорастить зерно рационализма в массах, то все беды пропадут сами собой. В том числе и войны.

– А как вы будете добывать себе детали?

– Со временем научимся производить.

– Ты знаешь, сколько лет прошло в нашем мире от Средневековья до создания роботов?

– Знаю, много. Но у нас нет выбора. Если не развивать науку, мы вымрем, – Левий оглянулся и уставился в кромку леса, еле видимую в ночи.