— Леди-вампир, вам придется потесниться, — проскрежетала она, скаля зубы. — Дорогая, — ее голос перешел в свистящий шепот, — мне так и хочется укусить тебя!

Пеппер показала своему отражению язык.

— Нет, девочка, тебе не удастся сделать карьеру ночной бабочки. — Состроив уморительную гримасу, она весело рассмеялась. «Ночная бабочка» — это было бы самое мягкое определение, которое мог дать ее отец, доведись ему увидеть дочь в таком виде.

— И он был бы абсолютно прав, — грустно признала Пеппер, беря в руки баночку с кремом для удаления макияжа. — Ты сейчас выглядишь как проститутка низшего пошиба. — Она начала отвинчивать крышку, когда вдруг услышала какие-то звуки, донесшиеся снаружи. И замерла, напряженно прислушиваясь. Да, там кто-то был…

Она очень осторожно поставила баночку с кремом на трюмо и торопливо достала из своей ручной сумочки револьвер. Если посетитель намерен поразвлечься, его ждет весьма неприятный сюрприз…

Неслышно ступая по толстому ковру, Пеппер пересекла спальню и на мгновение задержалась в дверном проеме. Входная дверь сделана из дуба, но она долго не выдержит решительного натиска. Пеппер не испытывала страха. Опыт меткого стрелка в сочетании с полным самообладанием давали ей в сложившейся ситуации полное преимущество перед нападавшим, она без малейшего колебания пристрелит незваного гостя, если от этого будет зависеть ее жизнь.

Эскобар предупредил Пеппер, что его посланец даст о себе знать условным стуком с помощью деревяшки. Тук-тук-тук. Тишина. Потом снова: тук-тук, тук-тук-тук. После чего голос за дверью произнес:

— Эскобар прислал привет.

Пеппер облегченно выдохнула и про себя поблагодарила Бога, что ей не пришлось воспользоваться оружием. Обмотав револьвер боа, она подошла к двери и спокойно отперла ее.

О, нет! Пеппер мысленно застонала от разочарования, когда разглядела «старинного друга» Эскобара. К счастью, свет падал сзади, и стоявший перед ней человек не мог видеть выражение ее лица.

Она неосознанно убедила себя, — Пеппер только сейчас поняла это — что увидит мужчину средних лет… этакого «распустившегося старого хрыча».

«Что ж, взамен ты получила Грязного Гарри», — сказала она себе. Янтарные глаза оценивающе обежали фигуру мужчины, стоявшего прислонившись к дверному косяку. Его плечи, скрытые пальто хорошего покроя, оказались широкими, грудь — выпуклой, талия — узкой, руки — мускулистыми, с широкими сильными запястьями. По губам Пеппер скользнула легкая усмешка. Этому длинноногому, с решительным подбородком парню не хватало только пресловутого магнума сорок четвертого калибра, чтобы полностью походить на героя лихих боевиков.

Мужчина тоже внимательно оглядел Пеппер с головы до ног, но в его окончательной оценке проскальзывала значительная доля презрения.

«А твое фото было обманчивым», — кисло заключил Кристофер, шагнув внутрь дома и закрывая за собой дверь. А почему собственно он решил, что она будет чем-то отличаться от любой другой красивой женщины?

Она была одета в вульгарный халат, полы которого сходились только на ее узкой талии, оставляя открытыми часть груди и живота. Шелковая материя плотно прилегала к коже, подчеркнуто обрисовывая женственные формы. На лице не осталось ни одного свободного от косметики места.

— Я Кристофер Петри, — представился Кристофер, приняв непроницаемый вид.

Пеппер мгновенно поняла причину такой реакции. Сейчас она сильно смахивала на шлюху, а к этой профессии Петри, очевидно, не питал уважения.

— А я… — начала было она, но ее резко оборвали.

— Я знаю, кто вы, миссис Горлисс.