— Роль няньки! Опять! — гневно фыркнул он.

Круглое смуглое лицо Эскобара еще больше потемнело.

— Кристофер, это очень важное дело, — произнес он с упреком. — Венди Грегсон всего только семнадцать лет. Она то ли сирота, то ли сбежала из дома, я точно не знаю. Но то, что в Лос-Анджелесе она совершенно одинока, это факт. Она пришла к нам шесть месяцев назад после того, как ее приятель умер от слишком большой дозы наркотиков. В слепой ярости, вызванной болью утраты, она могла думать только о мести. Вот она и предложила выдать нам имена людей, ответственных за смерть молодого человека. Мы в свою очередь объяснили ей, каким образом можем оказаться полезными друг другу, и она согласилась.

Выпрямившись в кресле, Кристофер впился в лицо друга нарочито безразличным взглядом.

— Не то ли это дело, про которое писали все газеты? Полиция, — он особо подчеркнул последнее слово, насмешливо стрельнув глазами в сторону Пеппер, — оказалась не способна справиться с одним крутым парнем, и как раз от него вы сейчас защищаете эту Венди. Я прав?

«Неужто Эскобар поморщился? Или мне показалось?» — подумала Пеппер.

Окружной прокурор оперся локтями на стол и сложил руки перед собой.

— Мы обещали девушке защиту, и мы ей ее дадим. Мы ей очень обязаны.

Отвернувшись от обвиняющих глаз Кристофера, Эскобар обратил свою речь к Пеппер.

— Мы собирались послать ее в одну семью в Нью-Джерси, но те люди в самую последнюю минуту отказались, и нам пришлось подыскивать кого-то еще.

— Теперь, пока мы дожидаемся, что ФБР одобрит отобранную нами кандидатуру, мы должны спрятать ее под надежной охраной. — Он с широкой улыбкой посмотрел на Кристофера, а затем снова перевел взгляд на Пеппер. — Вот для этого вы оба мне и нужны.

Худощавое лицо Кристофера окаменело, скулы четко обозначились под покрасневшей от ярости кожей. На этот раз Пеппер досталась даже не более-менее достойная роль подсадной утки, а унизительная роль наседки. Им обоим досталась эта роль! Красные от гнева глаза с раздражением метнулись к Пеппер, но их выражение тут же смягчилось. Господи, как ему не хочется, чтобы ее вовлекали в этот паршивый бизнес!

Исполнившись решимости, он положил руки на подлокотники плюшевого кресла и чуть приподнялся, но потом со вздохом отчаяния опустился обратно. Не имеет значения, что он скажет, Пеппер все равно не поверит в его добрые намерения. Не поверит, что он не желает видеть ее партнером на этом задании потому, что оно слишком опасно, и просто опасается за ее жизнь. Да, она скорее всего подумает, что он просто не хочет работать вместе с ней. Она подумает именно так, и это его вина. Еще бы, после того, как он с ней обошелся, она имеет полное право не верить ни единому его слову.

«Прости меня за то, что я собираюсь сделать,» — мысленно попросил он, глядя на Пеппер. И усилием воли подавив ярость, от которой, казалось, готова лопнуть голова, он спокойно сказал, обращаясь к Эскобару:

— Твое предложение мне не подходит. Поищи кого-нибудь другого.

Пеппер с ужасом уставилась на Кристофера. Но его лицо превратилось в непроницаемую маску, за которой он умело скрывал свои истинные мысли.

От ее вопросительного взгляда Кристофер почувствовал себя не в своей тарелке, неловко поерзал в кресле и уставился в пол. А ботинки-то нужно почистить, мрачно заметил он. Нет, все правильно, это необходимо для ее же пользы. Так почему же он чувствует себя виноватым?

«Не подходит» многократно отзывалось в мозгу Пеппер, пока она ошеломленно смотрела на склоненную черную макушку. Не подходит. Ему задание не подходит или она лично? И с сосущим под ложечкой чувством горечи она решила, что он имел в виду именно ее.