Вот почему Мерик начал использовать стратегию, о которой узнал от своей тети Иврены, и это позволяло ему наглядно показать, насколько каждая воздыхательница не подходит на роль принцессы, или как некомпетентен тот или иной моряк, визирь или дипломат.

Мерик приглашал недруга танцевать «Четыре шага», и во время танца тот выглядел идиотом.

Мерик довел до совершенства этот традиционный нубревенский танец, проводя часы на реках и в бухтах Нубревены и вынуждая своих людей практиковаться в нем после тренировок по стрельбе и борьбе. Для «Четырех шагов» требовалась такая сноровка, что если человек был способен исполнять его на накренившейся палубе корабля, то легко смог бы драться и обороняться. Хотя Мерик сначала и высмеивал эту идею, после нескольких лет тренировок в «Четырех шагах» он оценил, насколько эффективным инструментом может быть танец в самых разных сферах.

До сегодняшнего дня. Потому что эта девушка танцевала хорошо.

Простой четырехтактовый ритм сменила тягучая песнь струнных. С безмолвной молитвой к Богу, сидящему на Коралловом троне, Мерик шагнул вперед, чтобы сделать движение, которое называют «Маршем господствующего моря». Затем он остановился с поднятой вверх открытой рукой.

Молодая донья ринулась вперед и, к его абсолютной ярости, подмигнув ему, в двух шагах от него почти без усилий исполнила великолепное вращение, а затем встретилась с ним, также подняв руку верх. Это был «Вальс переменчивой реки» во всей красе.

Свободные руки они повернули так, чтобы соединить ладони. Единственным утешением Мерика, пока они скользили в следующей фигуре танца, было то, что грудь Сафи вздымалась от усталости, а лоб блестел от пота.

Мерик обхватил девушку правой рукой и, без малейшей свирепости, покружил ее и притянул к своей груди. Рука с широко расставленными пальцами скользнула по животу Сафи. Ее левая рука замерла, и Мерик поймал ладонь.

После этого началась самая сложная часть танца – стремительное движение ног, поток чередующихся прыжков и смены направлений.

Уклоны бедер, которые противились движению ног, как корабль – бурям на море.

Пальцы Мерика скользили вниз по рукам, груди, талии девушки – как капли дождя по парусу.

Они двигались под музыку все дальше и дальше, пока не вспотели. Пока не подошли к третьей фигуре.

Мерик повернул девушку к себе, чтобы еще раз встретиться с ней взглядом. Ее грудь ударилась о его – для нубревенки Сафи была очень высока. Он не понимал, насколько, до того самого момента, пока их глаза не встретились, а прерывистое дыхание не смешалось.

Ритм музыки снова нарастал, ноги Сафи обвили ноги Мерика, и он совсем забыл о том, кто она и почему он начал с ней танцевать.

Потому что ее глаза были как небо после шторма.

Его магия Ветра сама очнулась и замерцала. Мерик не был сильным магом, к тому же был вынужден сдавать экзамен очень молодым. Но в этот момент в нем проснулась необузданная сила. Каждый вздох его легких создавал вихрь, приподнимавший длинные волосы девушки и подол ее юбки.

Она же словно не обращала на это внимания. Лишь не отводила взгляда от его лица, и в ее глазах бушевало настоящее пламя – вызов, который все дальше затягивал Мерика в круговорот танца. Музыки. Этих глаз.

Каждый ее прыжок назад – движение, подобное борьбе течения моря и реки, – отзывался грубым хлопком по спине, когда Мерик снова хватал ее в объятия. Каждый прыжок и хлопок девушка сопровождала сильным ударом каблуками. Еще один вызов, с которым Мерик раньше никогда не сталкивался, но он тоже подпрыгивал все выше и выше, стуча своими каблуками в ответ. Ветер кружился вокруг них, как нарастающий ураган, и они были в самом эпицентре.

И девушка ни разу не отвела взгляд. Ни разу не отступила.

Даже когда начались последние аккорды мелодии – резкий переход от циклона струнных к басовым нотам, сопровождающим каждую бурю, Мерик не мог осмыслить, как крепко он приник к девушке.