— Я не причиню вам вреда, — убирая руку, произнес он.

Нона покраснела, напомнив тем самым ему когда-то виденную акварель с изображением испанки. В Ноне тоже присутствовала смуглая красота.

— Вы бы замечательно выглядели в мантилье, — заметил он.

— А что это такое?

Он объяснил, и она кивнула:

— Я читала об Испании. Кажется, даже где-то видела изображения головных уборов.

Она пошла к двери, по пути взглянув на зайчонка, с любопытством обнюхивающего один предмет за другим.

— Мне придется пойти в Пенгорран повидаться с… Ханной. Может быть… вашего Сэмми стоит отнести… в сарай, иначе он убежит. Пока светло, он, надеюсь, будет спать. — Нона увидела, как нежно он взял зайчонка… и помедлила, добавив: — Может быть, я вернусь. Если… если бы я и вернулась… что с того? Я ведь ненадолго.

— Я же сказал вам: можете приходить, когда пожелаете. Посмотрите… — Он показал на царящий кругом беспорядок. — Тут требуется женская рука.

Она кивнула, слегка улыбнулась, и он увидел в окно, как она пробежала по уступу скалы и прыгнула в высокий папоротник.

Придя на ферму, Нона застала Ханну в задней кухне за разрезанием большого куска масла, только что вынутого из открытой маслобойки.

— Вы напугали меня, подойдя так тихо! — Ханна поспешно вытерла руки тряпкой. — Где вы были? Я с ума сходила, не зная, что делать… ваш отец не говорит ни слова, мрачен, как туча. Да еще этот выстрел! Что это все значит? Гвион сказал, что сегодня утром видел в поле Мэттью Риса с рукой на перевязи. А ваш батюшка ушел в горы… Я думала, искать вас.

Нона взяла штамп для масла с инкрустированным изображением розы.

— Прошлой ночью это был Мэттью… — произнесла она вполголоса.

— А я думала, вы больше не захотите иметь с ним ничего общего, — строго заметила Ханна.

Нона объяснила.

— Но что толку рассказывать об этом отцу? Только представь себе, что он думает о нашей встрече с Мэттью Рисом? Ханна… прошлой ночью он грозился… выпороть меня. Мне пришлось убежать. Не потому, что я испугалась. Это ведь и для него плохо.

Она смотрела в несчастные, отрешенные глаза Ханны. На память ей пришло другое… взрывной темперамент ее отца, его жалкие угрызения совести. Она не знала, что ей легче перенести.

— Вы должны уйти из Пенгоррана, — сказала Ханна. — Отец в мрачном, отвратительном настроении. Но куда? Здесь вам прятаться нельзя. Поблизости Гвион, да и Мэри Эллен из деревни…

Ханна потерла рука об руку, лицо у нее выражало тревогу.

— Я могу пару дней пожить в Крейглас-коттедже, пока не решу, что делать, — медленно произнесла Нона.

— Пожить в коттедже?! Но его снял на лето… этот студент!

— Знаю. Я с ним встречалась. Он и нашел меня вчера ночью. Я ночевала у него в коттедже.

— Ночевали в коттедже? Но это же неприлично! Что с вами будет? Не пристало вам…

— Все в порядке, Ханна! Он добрый. Он не как…

«МЭТТЬЮ».

— Ну, это уж слишком! Вы никогда ничему не научитесь! А если бы ваш отец застал вас там? Что? Тут такое бы началось, еще хуже, чем раньше!

— Ах, Ханна! — Нона нетерпеливо покачала головой. — А что мне еще остается делать? Мне некуда идти, я не пробуду долго в коттедже… всего пару дней… пока что-нибудь не придумаю. Там… думаю… я буду в безопасности. А сейчас мне нужно взять кое-какую одежду, и… Ханна, собери мне корзину еды… хлеба, масла, бекона… сыра.