В продолжение нескольких минут Сабрина внимательно вглядывалась в лицо Друзиллы. И с удовлетворением поняла, что ее слова утешения падают на благодатную почву. Друзилла постепенно освобождалась от панциря неприступности, в котором пребывала до сих пор. Глаза ее заблестели. На щеках заиграл нежный румянец.

— Вы когда-нибудь стояли у руля яхты или корабля? — спросила она, обращаясь к Сабрине и улыбаясь. — Я всегда восхищаюсь папой, когда он управляет яхтой! Ведь он удивительно искусный моряк!

— Видите ли, Друзилла, я живу в нескольких сотнях миль от берега океана. И поэтому просто никогда не имела такой возможности.

Маркиз положил руку на плечо Джошуа.

— Я хотел бы дать вам немного поуправлять яхтой, — улыбнулся он. — Но для того чтобы справиться с этой непослушной посудиной, нужен особый талант!

— Отлично понимаю вас, лорд Чиффингтон. Ибо имею подобные же проблемы с управлением своим автомобилем.

— О, это весьма опасная штука!

— Папа не признает безлошадных экипажей! — фыркнула Юнис. — Я их тоже не люблю за противный запах и дым. Стоит одной машине проехать где-нибудь рядом, как на всей улице становится невозможно дышать!

— Да ну, бросьте! Не так уж сильно они загрязняют воздух. От любой конюшни несет за версту куда сильнее и противнее!

— Конечно! Если хозяин конюшни никогда ее .не чистит!

— Насколько я понимаю, у вас в Америке аристократы не снисходят до столь грязной работы! — брезгливо произнес маркиз.

— Я не могу отвечать за тех, кто был рожден в богатстве и роскоши, — пожал плечами Джошуа. — Но сам я заработал свои первые деньги в жизни именно чисткой конюшен!

— Фу, как вульгарно! — сморщила нос Юнис. Джошуа промолчал, но закусил нижнюю губу, что всегда служило признаком раздражения…

Кантрелл беспокойно посмотрел на сидевшего против него маркиза. Тот ободряюще улыбнулся:

— Ничего страшного. Просто мы вышли в открытое море, а там сегодня слегка штормит. Отсюда и качка. Но она совсем не опасна.

«Возможно, она не опасна для яхты, — подумал Джошуа. — Но мне она создаст немалые проблемы. Ведь маркиз непременно через пару минут заметит, что у меня начался приступ морской болезни. И это после того как я храбрился и уверял всех, что море мне совсем не страшно и не может причинить никаких неприятностей… Да, я, похоже, влип!»

И он тут же ощутил начинающуюся бурю в желудке. Извинившись, Джошуа поднялся из-за стола и вышел на палубу…

Глава 11

Полная луна низко висела над горизонтом. На фоне черного ночного неба она казалась золотистым шаром, готовым низвергнуться с высоты и утонуть в морской глубине.

Доносившийся с моря шум прибоя не давал Джошуа заснуть. Он беспокойно ворочался с бока на бок и болезненно переживал унижения, которые принес ему прошедший день. Кантрелл даже застонал, со стыдом вспоминая, как всю вторую половину плавания провел на палубе, перегнувшись через перила и отдавая морю съеденное за обедом. Правда, у него хватило сил самостоятельно спуститься по узким сходням на берег, гордо отказавшись от предложенной Сабриной помощи… .

Джошуа туманно помнил, как добрался до дома и поднялся на террасу. Там он застал дядюшку и леди Чиффингтон, оживленно о чем-то разговаривавших. При этом граф с видимым удовольствием потягивал портвейн из хрустального бокала.