Джошуа сделал попытку подняться, но Сабрина мягко положила ладонь на его раненое плечо и заставила остаться лежать в постели. Он тяжело вздохнул и прошептал:

— Черт побери! Я был ранен не раз и гораздо тяжелее. Но все же оставался на ногах и никогда не позволял уложить себя в постель!

Я поняла это по множеству рубцов и заживших шрамов на твоем теле. Доктор Мейнард попросил меня ассистировать ему во время осмотра и зашивания раны. Должна признать, что он обработал и перевязал твою рану куда лучше и профессиональнее, чем это пыталась сделать я, когда тебя только что принесли и положили на ковер. Вернее, ты сам сполз на пол. У Джеймисона просто не хватило сил держать тебя на руках! Я опустилась рядом с тобой на колени и до прихода доктора постаралась, как могла, привести в порядок рану. Кстати, именно тогда, посмотрев внимательнее на твое тело, я ужаснулась.

— Чему?

— Тому, какую бурную жизнь вы успели прожить до нашей встречи, лорд Уэсли!

— Опять «лорд»! Боже мой, когда же это кончится?! Пойми, что я никакой не лорд! А всего лишь виконт Уэсли! Если же говорить серьезно, то для меня не имеют никакого значения все эти блестящие титулы! Мне нужна только ты! Наверное, после той ночи на берегу ты уже должна была это понять!

Сабрина отшатнулась.

— Не надо лицемерить, милорд! — фыркнула она. — Все равно вы останетесь виконтом, а я — простой воспитательницей. И эту разницу в нашем социальном положении ничто не может изменить!

— Ко всем чертям социальное положение, титулы или происхождение! — воскликнул Джошуа. — Я родился и вырос в борделе, что не помешало мне подняться до миллионера! А сейчас мне нужна только ты! И никто другой!

— Не надо лгать!

— Почему вы считаете, что я лгу?

— Я видела вас вместе с мадам Самсоновой.

« Неужели она ревнует?!» — пронеслось в голове Джошуа.

Сабрина, казалось, угадала его мысли. Она сардонически усмехнулась и добавила с некоторым вызовом в голосе:

— Не подумайте, что я в претензии к вам. Вы можете танцевать и шептаться с любой балериной или актрисой. Меня это ничуть не трогает!

Джошуа понял, что не ошибся в своем предположении. Сабрина, несомненно, ревновала! А потому бесполезно произносить какие-то слова. В подобных случаях надо действовать! Причем как можно энергичнее! Схватив Сабрину за руку, он крепко сжал ее запястье в своей широкой сильной ладони. Она попыталась высвободиться, но Джошуа притянул ее к себе и усадил рядом на край кровати.

— Правильно ли я понимаю, что вас подстрелил из ревности один из неудачливых любовников мадам Самсоновой, каковых в Лондоне предостаточно? — выпалила Сабрина.

— С прискорбием отмечаю, что вы, видимо, относитесь к категории женщин, склонных к ревности безо всякой на то причины, — поморщился Джошуа. — И наделяете этой не совсем приятной чертой всех остальных.

— В таком случае кто все же в вас стрелял? И почему вчера вы чуть ли не весь день вертелись у дома, где квартирует мой кузен? Впрочем, хватит об этом! Вам сейчас нельзя волноваться. Иначе снова может начаться кровотечение!

И она слегка похлопала Кантрелла ладонью по забинтованной руке. Джошуа стало тепло от этой мягкой ласки. Все же она не совсем равнодушна к нему! Он закрыл глаза и невольно застонал от готового вырваться наружу страстного желания. При этом крепко прижался к бедру Сабрины. Она же что-то пробормотала сама себе по поводу мужской глупости и с тревогой сказала вслух, что опасается, как бы у Джошуа не началась лихорадка, и осторожно отвела руку Кантрелла, намеревавшегося обнять ее за талию. Он глубоко вздохнул и прошептал:

— Поймите, я не проживу и часа, если вы не поцелуете меня, Сабби!

В тот же момент Сабрина почувствовала соленый привкус его губ на своих.