Изменить размер шрифта - +
. Подзаборники!
  Строгий фасад училища светился в густой морозной тьме тремя сплошными рядами окон. Юлька пробежала через пустынный заснеженный сквер, еще из-за стеклянных дверей увидела в интернатском вестибюле двух чужих парней и вахтершу Ольгу Ивановну, стоящую перед ними с раскинутыми руками. Один из парней присел, пытаясь прошмыгнуть под рукой.
 — Куда? Куда? — Ольга Ивановна схватила его за куртку. — Родителей не пускаем, а вас, кобелей, — пусти козла в огород!
 Юлька стряхнула снег с сапожек и вошла.
 — Юля! Азарова! Объясни им, не пойму, кого хотят, Лену какую-то! Раньше волосатые кругами ходили, теперь стриженые лезут. Как медом намазано…
 — Юля! Юлечка! — долговязый парень тотчас переключился на Юльку, доверительно придержал ее за локоть. — Вся надежда на вас. Не дайте разбиться сердцу… Лена. Блондинка. Худая. Высокая. Танцует виллису в «Жизели»…
 — Вы видели «Жизель»? — спросила Юлька, освобождая руку.
 — Виноват. Но непременно…
 — Там двадцать две виллисы. И три состава. Умножать умеете?..
 Второй парень молча смотрел на Юльку и улыбался. Она глянула на него раз, другой, невольно улыбнулась в ответ, а потом так и разговаривала с долговязым шутом, глядя в глаза его приятелю.
 —…Все худые. Большинство высоких. Лен — человек пятнадцать.
 — От винта! — безнадежно сказал долговязый. — По такому дубильнику зря перлись!..
 Мимо тянулись на ужин интернатские ребята и девчонки в халатах, спортивных костюмах, высоких гетрах. Все с любопытством оглядывались на новые лица.
 — Арза, идешь? — окликнула Юльку Света Середа.
 — Сейчас. Займи мне.
 — А это кто? — спросил долговязый, глядя вслед рослой русоволосой красавице Светке.
 — А это не про вашу честь. Больше вопросов нет?
 — Есть, — сказал, улыбаясь, приятель долговязого. — Вы тоже виллиса?
 — Да.
 — А вас как найти?
 — А меня искать не надо. Вам, кажется, Лена была нужна? Вот и ищите Лену, — и Юлька направилась следом за подругой.
 — Меня зовут Игорь, — сказал парень вдогонку.
 — Очень приятно, — не останавливаясь, ответила она.
 — Все понятно? — затараторила у нее за спиной Ольга Ивановна. — Давай, давай, пока милицию не вызвала. Вон в городе полно их ходит, другую найдете. А у нас девочки серьезные, им гулять с вами некогда…
 Юлька, на ходу снимая куртку, вошла в столовую, взяла талон на ужин у дежурного воспитателя Галины Николаевны и пристроилась в очередь рядом с Середой.
 — Кто это? — кивнула та в сторону вестибюля.
 — Опять Ленку ищут. Хоть не говорила бы, где учится.
 — Ты что! Это ее коронный номер: «Ах, здравствуйте, я балерина!». Она на улице по пятой ходит, — Света развела носки на сто восемьдесят и засеменила так с подносом в руках.
 Подруги сели за свободный стол в своем ряду. В просторном зале было еще два ряда столов — центральный для москвичей, а крайний, с мягкими креслами и салфетками, — преподавательский. Вечером ни москвичей, ни педагогов не было, но интернатские привычно занимали свою треть.
 — Как дома?
 — Все по новой началось… — Юлька тоскливо усмехнулась. — Мать ревет… Скорей бы лето. Я бы этого гада в шею вытолкала…
 — Кого это? — поинтересовался Генка Демин, подсаживаясь к ним. — Не меня?
 — Отца… — нехотя, не сразу ответила Юлька.
Быстрый переход