Подъезжая к реке, я заметил, что работа еще не закончена. Но колесо крутилось! Вращались также и жернова. Мельник из меня был никакой, я себе с трудом представлял процесс. Однако с помощью подсказок мужиков, мы смогли получить из сушеного корня пригоршню сероватой муки. Сиом меня заверил, что остальные корешки они переработают без меня. И это было хорошо, потому что мне требовался отдых.

Возвращаясь в усадьбу, я встретил Астрис верхом на улаке.

— Эй, ты же собралась не вылезать из ванны? — спросил я, останавливаясь.

— Отец прислал гонца, просит срочно вернуться домой.

— Что-то случилось?

— Вряд ли, гонец бы обязательно это передал. Скорее всего, обычная рутина.

— Когда вернешься?

— Я еще не уехала, — Астрис подъехала ближе и, гарцуя возле телеги, усмехнулась, глядя мне в глаза, — а ты уже скучаешь?

— За тобой соскучишься, как же.

— В этом и есть мой шарм! Жди, я вернусь как смогу!

Девушка, подстегнув улака, понеслась во весь опор. Может это было и странно, но я чувствовал, что реально буду скучать по этой взбалмошной особе. Но одиночество мне не грозило, на улакше меня встречала Рани.

— Как мельница?

— Все отлично, пошла мука, — я передал повозку в заботливые руки виланина, — скоро мы будем богаты!

— На муке-то? Дааа, — захохотала Рани, — кстати, есть одно… деньги, что ты раздаешь…

— Я мало плачу? Или наоборот — много?

— Нет-нет, платишь ты нормально, но нам некуда тратить деньги.

— Чего? Как? — и тут меня как молнией по макушке стукнуло. В поместье я пробыл недолго, но я мог бы и обратить внимание на то, что я ни разу не видел магазина. Ни одной захудалой лавки! — а как вы деньги тратите? Где покупаете товары?

— Раз в год, на праздник Лимы, у нас устраивалась ярмарка, приезжают торговцы…

— Раз в год⁈

— Так и денег у нас почти не бывает. Вымениваем обычно. Вот я и подумала, может нам купцов к себе пригласим.

— Вообще не вариант. Торгаши народ болтливый. Сразу по всей округе разнесут, что у здешних вилан откуда-то деньги появились. Можно наших по выходным в Отверн возить…

— Не-не-не. Мужики выпьют, разговоры всякие вести начнут.

Я понял, к чему клонила Рани. Так или иначе, кто-нибудь из наших, особенно навеселе, обязательно проболтается. Да и визиты зажиточных вилан в Отверн тоже вызовут подозрение.

Мы уперлись в тупик. Деньги-то я людям плачу, но тратить им их некуда. Они пока радуются, как дети от новых ощущений, но скоро у них возникнет вопрос — а куда эти деньги девать? Разгадка этой задачи вдруг сама по себе пришла ко мне в голову. Я вспомнил, как Астрис выбирала у Ирона доспехи для наших казаков. Мы с ней рассматривали книгу, собранную из тонких дощечек, скрепленных медными скобами. На страницах-дощечках были изображены воины в различной броне, там же было описание и цена на элементы защиты.

— Я в Европе, в ихних трактирах видел такую штуку — меню, — начал я развивать мысль издалека, — то есть на кухню ходить не надо, чтобы поглядеть, что они там готовят. В этом меню все расписано, какие блюда можно заказать. Улавливаешь мысль?

— А у торговцев в Отверне есть такие меню?

— Если нет, то заведут. Торгаши они такие, прибыль никогда не упустят.

Пусть у Астрис была деловая хватка и блестящее образование. Идея, на которую меня случайно натолкнула Рани, тоже сулила большие барыши. Нам все равно надо было организовать регулярный рейсы в Отверн. Туда мы возили муку, а обратно забирали сушеные корни кортута. В Отверн отправились казаки, которым я выписал вольные. Ну как я — выписала Лукорья. И она же поставила печать барским перстнем.