Виолетте приходилось слышать об этом эксцентричном миллионере, и она не находила ничего удивительного в том, что он хорошо знаком с Джеффом.

— Давайте лучше есть, — предложила Виолетта. — Не думала, что в Лидвилле можно достать такие блюда, даже для Рандольфа. Тайлеру, полагаю, немного далековато присылать их сюда.

— Но я здесь вовсе не для трапезы.

— Тогда для чего же? — невольно вырвалось у Виолетты.

— Я уже говорил: я люблю вас и хочу на вас жениться.

Виолетте становилось все труднее отпускать язвительные замечания и беседовать об овощах. Ей так хотелось, чтобы слова Джеффа оказались правдой, что она просто не могла заставить себя не верить ему.

— Чем же вызвано столь внезапное решение? Когда мы разговаривали последний раз…

— Не нужно обращать на это внимания. Тогда я был очень зол. Мне показалось, вы отказали мне из-за моей руки. Я не мог…

— Что? — спросила Виолетта.

— Я думал, вы отказались пойти со мной на бал только из-за моей руки.

— Похоже, работа помутила ваш разум. После того как я позволила вам поцеловать себя на ступенях школы, неужели вы могли подумать, будто меня обеспокоит отсутствие у вас руки?

— Когда ты столько лет прожил в уверенности, что каждое грубое замечание, каждый косой взгляд вызван твоей неполноценностью, трудно рассуждать по-другому. Всю жизнь считая, что ты только часть человека, поневоле начинаешь именно так себя и чувствовать.

— Но я же рассказывала вам о Джонасе.

— Дело даже не в этом. Слишком трудно изменить ставшие уже привычными мысли. Я рассчитываю на вашу помощь.

Джефф определенно пытался вызвать сочувствие и явно преуспел в этом. Виолетте уже хотелось извиниться перед ним за свои сомнения. Если ему удается так ловко манипулировать людьми, ничего удивительного, что он является владельцем крупнейшего банка в Денвере. Будь у нее деньги, она бы непременно вложила бы их в его банк, если таким образом можно было бы помочь Джеффу вселить уверенность в собственные силы.

Однако Виолетта напомнила себе, что это с ней Джефф был добрым и отзывчивым, а в минуты стресса возвращался к прежнему поведению. Она твердо верила: истинный характер человека познается только в экстремальных ситуациях. Виолетта уже наблюдала Джеффа в подобной ситуации, и ей очень не понравилось увиденное.

— Все зависит только от вас, — сказала она. — Никто не сможет вам помочь в этом. Джефф перестал есть и посмотрел на Виолетту.

— Значит ли это, что вы отказываетесь мне помочь?

Виолетта не могла видеть боль в его глазах и не сделать ничего, чтобы изгнать ее оттуда.

— Конечно же, нет. Но вы должны научиться доверять другим людям. Вам известно мое мнение на этот счет, и вы все-таки решили, что я пошла на бал с Харви только из нежелания, чтобы меня видели с одноруким человеком.

Джефф сидел напротив Виолетты такой красивый и сильный, что она даже представить себе не могла, как женщин может беспокоить отсутствие у него руки. Да они должны были гордиться знакомством с Джеффом Рандольфом! Виолетту постоянно тянуло к нему, она не понимала, почему другие женщины не испытывают подобных чувств.

Она непроизвольно придвинулась к Джеффу, и их колени соприкоснулись. Это было совсем легкое касание, но от него по телу Виолетты пробежала дрожь. Она вспомнила то утро, в пансионате, и Джеффа в узких штанах, поднимающего штангу. У нее сразу пропал интересе к еде. Виолетта почувствовала, как по телу разлилось приятное тепло, но твердо решила держать себя в руках.

— Что вы собираетесь делать в Лидвилле? — спросила она, надеясь, что смена темы разговора поможет ей снять напряжение.