Виолетта пошла прочь, но потом снова вернулась.

— Приходите в часовню.

— Нет.

— Если это из-за руки, то самое время помириться с создателем.

— А если нет?

— Вам следует прийти в церковь. У вас накопилось слишком много злости. Вы никогда не будете счастливы, пока не избавитесь от нее.

— И вы думаете, что мое посещение церкви поможет мне в этом?

— Возможно. Во всяком случае, мне это помогло.

Сказав это, Виолетта повернулась и начала стучать в каждую дверь.

— Девочки, время вставать! Мы должны быть в часовне ровно через час!

Джефф хотел узнать, что она имела в виду, но Виолетта уже занялась своими делами, и он стал подниматься по лестнице, решив расспросить ее попозже, вечером. Она пыталась убедить его, будто у нее все в порядке, но на самом деле ее тоже что-то беспокоило. Джеффу не хотелось бы видеть в глазах Виолетты ту же мрачную злобу, с которой он сам так долго жил. Уж ему-то было хорошо известно, во что она превращает людей.

Эсси просунула голову в дверь и сообщила:

— Мисс Гудвин просила узнать, пойдете ли вы с нами в часовню.

Нахмурившись, Джефф неохотно оторвался от записей и показал на несколько стопок бумаг перед собой.

— У меня очень много работы.

— Мой папа приехал. Он прислал записку. — Эсси показала Джеффу листок. — Он уже здесь.

— Тогда я тебе не нужен, — сказал Джефф, собираясь вернуться к работе.

— Папа будет далеко. Мы же отправимся на балкон, а это высоко. Я боюсь балконов.

— Ты можешь держать за руку мисс Гудвин, — заметил Джефф, однако Эсси не двинулась с места. — Тебе нужно одеваться, а то опоздаешь.

— Я уже одета, — возразила Эсси и покружилась, демонстрируя платье.

Да, нужно более внимательно следить за своей речью, подумал Джефф. Если он сделает столь неосторожное замечание принаряженной женщине, она может разозлиться и порвать на клочки все его бумаги.

— Ты выглядишь просто замечательно, — проговорил Джефф, заглаживая оплошность. — Папа наверняка будет тобой гордиться.

— Он и завтра приедет.

— Ты мне уже говорила об этом. Ну, а теперь ступай, а то опоздаешь.

— Ты уверен, что не хочешь идти? — тут же прозвучал другой детский голос.

Теперь это была Аурелия. Рядом с сестрой стояла и Джульетта.

— А вы двое что здесь делаете?

— Мы пришли узнать, собираешься ли ты в часовню.

— Я уже передал мисс Гудвин, что нет.

Обе девочки выглядели очень довольными.

— Хорошо!

Джефф вдруг почувствовал себя неуютно.

— Почему это хорошо? — подозрительно спросил он.

— Мы тоже не хотим идти в часовню. Мисс Гуд-вин разрешила нам остаться с тобой.

Шантаж! Виолетта рассчитала все верно: с этими двумя бесенятами у него не будет ни минуты покоя.

— Бетти Сью тоже не хочет идти.

Прекрасно! Если эти трое будут предоставлены себе целый час, может начаться настоящая война, в которую со временем окажутся вовлечены все женщины Денвера. Джефф отложил ручку.

— Скажите мисс Гудвин, что через несколько минут я оденусь и буду готов отправиться в часовню. Можете также передать ей следующее: когда я последний раз был в церкви, шантаж не одобрялся христианской религией, если не сказать, запрещался.

— Мисс Гудвин не упоминала о шантаже, — сказала Джульетта.