Минору ни капли не смутился и принялся возмущаться:

— Да как вы можете! И вообще, у меня просто в голове не укладывается!

— О чем это вы?

— Электронная почта содержит сугубо личную информацию. Как подумаю, что полиция шерстила мою переписку с Токородой, просто дурно делается.

— Извините, конечно, но такова наша работа.

Минору стал нервно теребить рукав футболки, так что она немного съехала набок и в вырезе показалась тонкая ключица.

— Казуми тоже вызвали на допрос?

Такегами не ответил.

— Наверняка вызвали. Не могли не вызвать — это ведь из-за нее все началось. Вот у нее и спрашивайте, как и зачем она это затеяла!

— Так вы говорите, она первой познакомилась с господином Токородой в Интернете?

— Да, и можете не делать вид, будто вы ничего об этом не знаете. Наверняка вам известно даже больше, чем мне. Они познакомились около полугода назад или около того.

Такегами задумчиво потер висок. Возникла короткая пауза. Потом полицейский сказал:

— Судя по переписке, вы, пожалуй, действительно общались с Папой менее активно, чем остальные члены вашей «семьи». Но это вовсе не означает, что нам неинтересно, каким образом вы оказались в этом интернет-сообществе. Нам надо знать, как вы туда попали, — расскажите, пожалуйста.

Минору перестал терзать футболку, провел рукой по волосам и переспросил:

— Как я туда попал?

Некоторое время он молчал, словно собираясь с мыслями. Такегами терпеливо ждал. Токунага, кашлянув, нарушил тишину. Минору вздрогнул, моргнул, словно в лицо ему плеснули воды, и спросил:

— А зачем вам это, господин офицер?

— Что именно?

— Ну, моя история о том, как я познакомился с Токородой и остальными. Какое отношение это имеет к убийству? Вы ведь уже нашли преступника. Мы с Казуми вообще непричастны к этому делу. — В его голосе слышалось возмущение, даже раздражение.

— Как насчет Мамы? — поинтересовался Токунага. — Она тоже непричастна? Почему вы ее не упомянули?

Минору насупился:

— А его забыли спросить? Я думал, он тут, чтобы вести протокол. Господин офицер, скажите своему стенографисту, чтобы не встревал. Пусть сидит тихо и молчит в тряпочку, а то от его внезапных возгласов меня скоро удар хватит.

— Прошу прощения, — смущенно проговорил Токунага.

— Я, кажется, просил не вмешиваться! — рявкнул Минору и вскочил. — И вообще, знаете что? Вы меня все-таки вывели из себя! Зря я вообще согласился сюда прийти. Тот полицейский, которого вы за мной послали, был такой душка, просто сама вежливость. Но теперь я понимаю, что меня просто развели. Как вы вообще узнали, что я и есть тот самый Минору?

Такегами смерил его усталым взглядом, но отвечать не спешил.

— Вы нашли меня по адресу электронной почты? Но ведь интернет-провайдеры не разглашают личные данные своих абонентов без серьезных на то оснований? Вряд ли они по первой же просьбе предоставляют полиции любую информацию на блюдечке с голубой каемочкой. Для этого наверняка нужен ордер и все такое…

— Тут вы абсолютно правы.

Минору уже и сам был не рад, что об этом заговорил, потому что умозаключение, к которому он пришел, ему явно не понравилось.

— Что? Вы хотите сказать, суд выдал вам ордер? С какой стати? — Он затопал ногами и закричал: — Черт возьми, я ведь правда не убивал Токороду! У вас нет никаких улик против меня!

Казуми Токорода пристально следила за происходящим, положив одну руку на зеркало.