Лайма сделала паузу, пристально глядя на Катю.

— Так мне есть, чем его остановить, или надо требовать ареста этой девицы?

— Не надо требовать, — испугалась Катя. — Ничего Федор тебе не сделает. Он не безупречный сын. Да и смешно — кто в наши дни бросит любимую девушку, чтобы угодить отцу?

Катя слегка схитрила. Она не сказала прямо — да, Федор и Маргарита встречаются, но и не отрицала. Влюбленной парочке это вряд ли повредит, а Дениса избавит от проблем. Он жаловался на давление со стороны Жукова и Лаймы — Кате удалось нейтрализовать обоих. Пусть теперь спокойно ищет убийцу.

Лайма между тем решила, похоже, что извлекла из собеседницы все, достойное внимания. Взгляд обрел привычное высокомерие, и даже акцент как будто усилился. Катя с любопытством наблюдала метаморфозу. Неужели трудно лишнюю минуту попритворяться? Хотя Лайма и без того настрадалась, полчаса общаясь на равных с низшим существом. Теперь она дала себе волю.

— Если будут проблемы с работой, обращайтесь ко мне. Я вас устрою. Только оденьтесь поприличнее. Нельзя же так опускаться — вы все-таки женщина.

Катя даже не успела подобрать достойный ответ — Лайма поднялась и, не прощаясь, ушла. Катя осталась со странным чувством. Она не в силах была понять, кто кого переиграл. Что-то вроде отложенной партии в шахматы, где силу или слабость собственной позиции узнаешь лишь, когда противник сделает следующий ход. В отсутствии Лаймы Катя заподозрила, что надо было вести себя осмотрительней. Не стоило выдавать ей даже таких мерзавцев, как Жуков или Шагуч, а тем более Федора с Ритой. Лучше было вообразить себя Зоей Космодемьянской и замкнуться в гордом молчании. Приходится признать, что Лайма действительно мастерски обрабатывает нужных ей людей — даже из недоверчивой Кати вытянула кое-какие сведения. А что, лучше было позволить ей копать против Иры или Риты? В любом случае, глупо жалеть о том, чего уже не изменишь.

С этой светлой мыслью Катя отправилась в архив.

Приехала она рановато, на улице ждать было холодно, но в холле обнаружился продавленный кожаный диван, стыдливо припрятанный подальше от глаз, и Катя с удовольствием в нем утонула. Вскоре послышался Танин голос.

— До свидания, Константин Григорьевич.

Ого, вот почему она разговаривала по телефону так сковано. Архив посетил незваный гость… незваный и оттого вдвойне подозрительный. Катя собралась было встать и объявить о своем присутствии, но осеклась на полуслове. Таня спускалась по лестнице, а Шагуч придерживал ее за локоть… придерживал тем особым жестом, какой Катя ни с чем бы не перепутала. Жестом мужчины, нашедшего повод прикоснуться к женщине, сильно его привлекающей. И это меняло дело.

Похоже, Таня нравится Шагучу. Он, конечно, не бог весть что, однако лучше, чем ничего. Таня наконец-то может пококетничать, и нечего ей мешать, пугая поклонника, и без того не слишком активного.

— Давайте поужинаем вместе, Таня? А то от вашего буфета только разыгрывается аппетит.

"Снимаю упрек в неактивности", — подумала довольная Катя. Мысли о том, что Шагуч — кандидат в убийцы, как-то померкли на фоне надежды заполучить того для Тани.

— Нет, спасибо, Константин Григорьевич. Меня ждут.

— Погодите! Вчера вы интересовались убийством Артема. Я могу кое-что вам рассказать.

Таня молча глянула собеседнику в лицо.

— Ну, не здесь же! Сядем в кафе и поговорим. Или поедем ко мне. Позвоните Кате на сотовый, отмените встречу.

Катя в ужасе принялась рыться в сумке, выуживая мобильник. А то зазвонит сейчас под ухом у парочки, нарушив все их планы. Но хитер этот Шагуч! Таня не сообщила, с кем у нее встреча — он берет на пушку.