— Будь с ними поделикатнее, — объяснила она. — Они — нежные, обидчивые существа. Нельзя требовать от них того же, чего от женщин.

— Чего, например?

— Ну, порядочности там, умения считаться с окружающими или смотреть на себя со стороны. Чувства юмора, логичного поведения. Если ждать невозможного, до смерти останешься одна.

— И кто же из нас двоих плохо относится к мужчинам? — засмеялась Таня. — Ох, Катя…

Катя тоже засмеялась. Действительно, совет звучал странно, но дала она его совершенно искренне.

Они пошли в то же кафе, что и вчера, сели за тот же столик.

— Я взяла сегодня с собой деньги, — весело предупредила Таня. — А то как-то не привыкла за чужой счет. — Посмотрела мимоходом Кате в глаза, и, мгновенно утратив веселость — словно тряпкой стерли мел с доски, — тревожно спросила: — Но у тебя все-таки неприятности, Катя. Что случилось?

"Чем же я себя выдала?" — подумала Катя, с улыбкой возразив:

— Никаких неприятностей. Все о кей. Зато новости есть.

В этот миг у нее вдруг возникло странное чувство. Как будто только что ей предложили дружбу — и Катя ее отвергла. А умеет ли она вообще дружить? И любить, если уж на то пошло… Неужели любить означает — делиться плохим, а не хорошим?

Очевидно, в Тане было что-то от ведьмы.

— Помнишь эти стихи, Катя? — осторожно произнесла она. — "Ни на кого никакой надежды, зато ответа ни перед кем". Ты считаешь, это легче?

— Да, — твердо заявила Катя. Она и вправду так считала.

— Хорошо. Тогда какие новости?

— Жуков в приступе откровенности признался мне, что был у Турищева на даче. Он действительно Старый пират с нашего сайта, представляешь? У него есть мотив для убийства. Турищев знал о махинациях издательства, поэтому Жуков терпел его выкрутасы. Поехал на дачу в надежде получить материал для контршантажа, а нашел труп. Потом появилась Ира, и он сбежал.

— То есть он свидетель, что Ира застала Турищева мертвым? — обрадовалась Таня.

— Свидетель-то свидетель, но официально подтвердить отказывается. Трус, он и есть трус. Но я рассказала все Денису, и тот поверил. Надеюсь, он заставит Жукова признаться. Он мне нравится.

— Денис? — уточнила Таня.

— Ну, не в этом же смысле. В этом — нет. Терпеть не могу таких любовников. Заставь его изменить жене, так его замучит совесть. Зачем мне это нужно?

Таня засмеялась.

— Слушаю тебя и поражаюсь. Но определенная логика в твоих словах есть. А новости хорошие. Спасибо!

— Еще не все. Ты напророчила — Жуков и впрямь знал о нашем списке и очень им интересовался. А пару часов назад ко мне заявилась Лайма — по той же причине. Уверяет, ей донес о списке Шагуч. Я, естественно, изобразила дурочку и ничего никому не показала. Но выдала Лайме, что в списке были Жуков и Шагуч. Очень они меня оба достали. Жуков Лайму удивил, но сажать его она не хочет — плохо скажется на денежных делах. Зато она вспомнила, что в списке есть Рита Селина, и выбрала в жертвы ее. Я проболталась, что Федор расстался с Ритой только для виду. Иначе Лайма приставала бы к Денису с требованием ее арестовать. Кажется, все. По крайней мере, Ире ничего теперь не грозит.

Таня задумчиво кивнула.

— Что у нас получается? Ире Осведомленный назначил на восемнадцать сорок, Жукову — на восемнадцать пятьдесят, тебе на девятнадцать, мне на девятнадцать десять, Рите на девятнадцать двадцать. Жуков появился на даче раньше Иры — он знал, куда идти. Она пришла немного позже.