— А Люся?..

— Люся с Фаридом остались на пристани. Я должен был ее вызвать? Чтобы отмыть тебя от крови, которая неизвестно откуда вытекла? Впрочем, нет, известно — она же сама видела рану. И как бы она, по-твоему, восприняла ее отсутствие? Хватит с нас одного Фила.

— Ну и, как ощущения? — спросила Мэри, берясь за чашку.

— Чьи?

— Твои, конечно, — она глотнула обжигающий кофе, не почувствовав ни его вкуса, ни близкой к кипению температуры. — Своих я, честно говоря, не помню.

— Ты была вся в крови. И… потрясающе красивая. Еще вопросы?.. Я заметил у тебя вот здесь…

— Ладно, — прервала Мэри, — давай считать, что это тебе приснилось. Ты, кстати, вообще когда-нибудь спишь? — мягко завернула она разговор в иное русло.

— Конечно. Я и сегодня спал, иначе как бы мне все это приснилось? — Смелякова не так просто было сбить с намеченного курса.

— Хорошо, — сдалась Мэри. — Спасибо, что ты обо мне позаботился. Но я имела в виду, что тебе ведь тоже необходимо когда-то отдыхать

— Серьезно, — сказал он и похлопал по подлокотнику. — Вот здесь и спал, в этом кресле.

Мэри смутилась:

— У моей постели? Но зачем? Раз я не раненая и не больная?..

— Чтобы не упустить момент твоего пробуждения, хотел поговорить с тобой сразу, как только проснешься, — он откинулся на спинку, и Мэри заметила рукоять пистолета, торчавшего у него за поясом. Тогда она сообразила: он дежурил здесь всю ночь, опасаясь, что убийцы придут в гостиницу завершить начатое. И, если смотреть правде в глаза, проснувшись, она была рада, что он оказался рядом, как и вообще рада тому, что они теперь вместе. И у них действительно имелись для обсуждения темы поважнее, чем… чем… их псевдосемейная жизнь. Например — что их пытаются уже не изолировать, а просто убить.

— Ты думаешь, — медленно проговорила она, — что эти вчерашние могут повторить попытку?

Он вздохнул: понял, что она догадалась о причине его бдения. И ответил:

— Ну, скажем так — я не исключаю такой возможности, — не желая, видимо, сильно ее пугать.

— Гений, кто это такие?..

— Странно, что ты спрашиваешь об этом у меня: за тобой же, насколько я понимаю, давно охотятся.

— Да, но до сих пор меня не убивали! А вчера… По-моему, они собирались убить всех.

— Видимо, здесь свои методы борьбы с вирусом, — Гений напряженно дернул углом рта. — Еще я не исключаю месть Жнеца. Он работает в ФСК, а за тобой, насколько я помню, гонялась именно эта организация, — Гений сказал это, и Мэри поежилась, словно на нее повеяло ледяным ветром.

Ей вспомнилось смятение в почему-то очень медленном лифте, чертов Евгений, его чертовы удивительные глаза, плечи, губы, волосы…

И Жнец — каким он был там, на перроне.

— Что делать, Гений?..

— Вставать, одеваться и дуть на работу, — Гений был мрачен и наэлектризован мыслями. — Но это чуть позже. Сначала все-таки расскажи, что произошло на катере. Ты вчера сказала, что остановила пулю?.. Но я увидел только, как после двух выстрелов падаешь ты, и почему-то валится за борт один из нападавших.

— Понимаешь, — начала Мэри, с трудом подбирая слова, — эта пуля летела в Фила. А я ее… Нет, погоди, значит, дело было так…

И она рассказала ему, как могла, о том внезапно растянувшемся мгновении. Гений выслушал очень внимательно, задумчиво почесал бровь.