Затем в кустах зашуршало. Мгновенно человек принял боевую стойку, готовый нападать и защищаться. В ответ раздался перепуганный писк, и маленький зверек с пушистым рыжим хвостом бросился наутек. Что-то вроде белки.

    «Нервы! – Сонд тяжело опустился на землю. – Нервы».

    Из оцепенения его оторвал звук. Сонд вскинул голову, прислушиваясь, и словно в подтверждение ветер донес до него треск второго выстрела.

    – Поохотиться решил, кретин, – произнес Сонд. Теперь он точно знал, в каком направлении следует убегать.

    Наспех вырезав себе метровую дубину с заостренным концом – на всякий случай, – он пошел прочь быстрым шагом опытного охотника.

    Побывав на многих мирах, Сонд успел приобрести изрядный багаж знаний и навыков, применимых к любым живым существам, вне зависимости от того, на какой планете они обитали. Он чувствовал, что поляну, заросшую ярко-желтыми цветами, лучше обойти – опасно; что зычный рев, время от времени доносящийся из чащи, ни малейшей угрозы не представляет, в отличие от тихого свиста, издаваемого змеевидными существами в траве. В то же время он старался оставлять как можно меньше следов, избегая мягкой почвы и часто следуя по щиколотку в ручьях и речушках, то и дело встречавшихся на пути.

    Через час он встретил Зверя. Собственно, слово «встретил», пожалуй, не совсем точно отражало суть происшедшего. Кусты справа от Сонда с треском расступились, и на него, яростно рыча, бросилась тварь, состоящая, как показалось в первый момент, из одних челюстей.

    Сонд отреагировал мгновенно – действуя дубинкой, как двуручным мечом, он, уклонившись, нанес Зверю удар по шее у основания черепа, справедливо полагая, что там у него должно быть уязвимое место. Рычание перешло в визг, и зверюга, перевернувшись в воздухе, грохнулась на землю. Впрочем, он тут же снова оказался на ногах. Теперь Сонд мог рассмотреть своего противника внимательнее. Более всего зверь походил на крупного волка. Соответственно, менялась и тактика боя – дождавшись очередного прыжка и сбив морду в сторону по всем правилам противособачьего джутсу, Сонд в мгновение ока оседлал своего противника, прижав его коленом к земле. Сильнее. Еще сильнее. Зверь пискнул и перестал вырываться, приняв «позу покорности».

    – Сдаешься, – констатировал Сонд, отскочил в сторону и легким пинком указал зверю направление. Тот, совсем по-собачьи поджав хвост, метнулся прочь.

    Впрочем, оказалось, что, в отличие от земных собак, одной трепки зверю мало. Примерно через четверть часа Сонд заметил, что за ним следят, через полчаса, увидев мелькнувший между деревьями силуэт, узнал преследователя.

    – Это ты зря, – пробормотал он, – мне и без тебя дел хватает. «Наследит ведь! – подумал он вдруг. – Ну конечно! Сонд-преследователь наверняка заметит, что за жертвой идет зверь, и, потеряв один след, сможет двигаться по другому. Зверь же, видимо, ждал ночи». Все было плохо.

    Еще через несколько часов Сонд остановился – ошейник у него на шее издал тихий звон, а затем три раза щелкнул. Началась Королевская охота.

    Зверь лежал в кустах за поваленным деревом и с интересом наблюдал за деятельностью человека. Иногда он, тихо повизгивая от любопытства, переползал на новое место, избегая, однако, показываться лишний раз тому на глаза, – человек метко кидался камнями.

    Зверь плохо представлял себе цель деятельности своего неприятеля.