– Это я – особо опасный? – прошептал Брон. – Ребята, вы меня с кем-то путаете!

    Он повернулся и бросился наутек со всей возможной скоростью. Бежать было трудно, берег моря зарос омерзительными колючими кустами, продираться сквозь которые было больно и унизительно.

    «Привязались, собаки певчие, – с досадой подумал Брон. Его недруги сбились в компактное стадо и ломились через заросли в ста метрах позади. – Слоны мартовские!»

    Один из полицейских тащил на горбу здоровенную клетку, из которой одна за другой вылетали черно-фиолетовые летучие мыши – злые и зубастые, полиция использовала их именно в таких случаях. Впрочем, летуны из мышей были никудышные, и свежий утренний ветер сносил их в море.

    Брон попытался увеличить скорость, но не тут-то было! Слаб. Сказывались бессонная ночь, морская качка и пустой желудок.

    «Ну и ладно, – подумал он. – Зато вон впереди начинается город, и пусть эти страусы сиамские попробуют поймать меня в узких улочках, где каждый цыпленок сопливый сначала учится вопить „полиция“, а уж потом – „мама“.

    Город начался с дороги, широкой и заросшей мягкой травкой. Брон наддал так, что в ушах засвистел ветер, а крики полицейских стремительно отодвинулись куда-то за горизонт и слились с прочим городским шумом. Да здравствует свобода!

    Убедившись, что погоня безнадежно отстала, Брон минут сорок приходил в себя в маленьком скверике у Площади съеденных рыбок, затем поднялся, распушил хвост и пошел искать место, где можно было бы подкрепиться.

    В городе царил приятный полумрак, было прохладно, но не сыро – именно так, как должно быть в хорошем городе.

    Стояло прекрасное утро, по улице, несмотря на ранний час, прогуливались жители. Деревья-гиганты, раздутые в нижней части ствола, у самой земли, тихо шумели на ветру. Убери из мира полицейских – и мир станет раем…

    Путь Брона лежал как раз к распахнутой двери одного из гигантских шаровидных вздутий на древесных стволах – там располагался ресторан.

    Остановившись перед входом и сообразив вдруг, что вид у него, пожалуй, слегка потрепанный, он занялся туалетом.

    – Раньше надо было думать, – назидательно проворчал старик прохожий, весь седой, но с явно крашеным хвостом. – Ходят по улице, ну прямо пугала…

    – Иди к черту, святоша, – беззлобно отозвался Брон, – я на тебя в марте посмотрю…

    Стоило Брону переступить порог, как ему навстречу, согнувшись в поклоне, выкатился толстенький кот – хозяин ресторана. Имени его Брон не знал, да и не интересовался никогда, зато знал кличку, и этого было достаточно.

    – Привет, Обжора! – благодушно буркнул он.

    – Здравствуйте, здр-равствуйте! – промурлыкал толстяк. – Какая честь для нашего рестор-рана!

    Морда его при этом сияла так, словно Брон собирался скупить у него все припасы на сезон вперед.

    – Усталый, – с чувством сказал Брон, – работяга, ищет место, где он мог бы восстановить подорванные работой силы.

    – Прошу! – возликовал хозяин, на которого слово «работяга», похоже, не произвело ни малейшего впечатления.