— Некоторым его не хватило. Отряд «Альфа» перебит. Это тяжело воспринимать.

— Еще как тяжело, — согласился он.

— Завод буквально напичкали ловушками, и, как только мы ворвались в лабораторию, один фанатик привел в действие детонатор в компьютерной комнате с помощью дистанционного управления. Загоны для бродяг открылись одновременно, значит, включилась сигнализация, сработала программа. Что-то мы там, видно, зацепили и даже не заметили. Не было ни единой случайности. Эти гады знали, что мы придем.

— То есть вас ждали именно сегодня? Или в любое другое время?

Черч задал вопрос на засыпку, над которым я и сам бился уже несколько часов. От ответа полностью зависела оценка врага и его потенциальных возможностей.

— Не знаю. Они подготовились к встрече, но не слишком хорошо. Взорвались только две бомбы. Не скажу, чтобы бродяги накинулись на нас внезапно, да и место, где нас атаковали, не назовешь подходящим. Предполагалось устроить нам настоящую мясорубку, однако мы уцелели. А зомби полегли все как один. Ничего не стыкуется.

— Верно, — произнес он, и я подумал, что перечисленные факты беспокоят его не меньше меня.

— Вы же знаете, я понятия не имею, с правильной ли позиции мы рассматриваем происходящее.

— Я совершенно уверен, что нет.

— Мы хотели застукать… кучку людей, сидящих за столом и обсуждающих план уничтожения западной цивилизации? Так? А наткнулись на нечто напоминающее экспериментальную лабораторию. Эти ребята изучали бродяг. Более пристально и тщательно, чем в Делавэре.

— Как там ваша команда? — вдруг спросил Черч. — Никто не вызвал у вас подозрений?

Я не ответил, и он сказал:

— Жду откровенного и полного отчета, капитан. Сейчас не время что-либо замалчивать.

— А я ничего не скрываю, Черч. Я знаю этих парней меньше суток, но все это время мы действовали практически бок о бок. Вчера они вели себя превосходно. А сегодня утром возникли кое-какие недоразумения. Скип Тайлер и Олли Браун исчезли при сомнительных обстоятельствах, потом оба чудесным образом нашлись, но у меня не нашлось времени как следует их расспросить. Тут есть… скользкие моменты. Скип заявляет, что на него набросились сзади и вырубили тейзером, что не вполне согласуется с фактами, потому что из душевой имеются только два выхода: дверь, в которую вошел мой отряд, и коридор, за которым следил Тайлер. Он утверждает, что отключился, а затем пришел в себя в кладовке, сумел перерезать путы и вернуть свое оружие, после чего был осажден бродягами. История Олли звучит примерно так же. Говорит, кто-то, наверное, открыл дверь и оглушил его шокером. У обоих на шее ожоги. А тейзеры были почти у всех охранников на заводе. — Я не стал упоминать того факта, что Олли едва не отстрелил мне башку в ходе боя. Этот случай мы с ним обсудим позже, один на один.

— И неизвестно, чем они занимались во время своего отсутствия?

— Получается, что нет.

— Вы утверждаете, что в определенный момент оставались в одиночестве, значит, двое других бойцов отряда тоже не постоянно находились на виду. Например, сержант Рэббит понес пленника к выходу, и именно он доложил, что Тайлер пропал. А если это он обездвижил Тайлера и сломал шею пленному? У нас нет неопровержимых доказательств, что тот погиб в результате взрыва, когда отряд «Альфа» пробивался на завод.

— Вы выбрали мишенью отряд «Эхо»? Считаете, что именно здесь окопался крот?

— Понятия не имею, где он окопался, поэтому спрашиваю, — ответил он несколько раздраженно.