Пять тысяч за флешку?! Да он смеётся!

Когда протягивала карточку, думала, что у меня отвалится рука. Нет, не отвалилась. Страдая от приступа справедливой скаредности (да как же можно отдавать такие деньги за кусочек пластмассы!), я направилась к выходу. Парень с драконом проводил меня долгим взглядом и улыбнулся на прощание.

Рядом с компьютерным магазином сияла витрина мехового салона, меня притянуло к ней как магнитом. Норковая куртка – широкие рукава, капюшон, кожаный пояс - смотрелась изумительно. Мария раззадорила воображение своим зверьём – то у неё шиншилла, то куница…

Маргарита, остановись, не надо! Нет!

Через минуту я уже вертелась перед зеркалом, рассматривая в нём загадочную и умопомрачительную леди в мехах. Пальто, утром казавшееся элегантным, теперь валялось на банкетке, как сброшенная змеиная шкурка. Как же не хотелось снова его надевать. Девушки-консультанты захлёбывались восторгом. Я и сама видела, что преобразилась, куртка-автоледи подходила мне идеально. Если честно, девяносто процентов дорогих вещей сделаны и сшиты специально для меня, просто никогда не было возможности их приобрести.

- Берите, берите! – ворковали рядом девушки. – У нас акция! Вам повезло! А если оплатите сразу всю сумму, сделаем дополнительную скидку.

В результате они задумали скинуть целых двадцать тысяч! Получается, все эти цены на ценниках – фальшивые?

Я пропала. Кажется у меня снесло крышу. Так долго считала копейки и едва сводила концы с концами… Столько раз слышала, что я роскошная женщина и создана исключительно для любви, радости и украшения планеты. Что толку от этих слов, всё это пустая болтовня! Всегда пахала как лошадь, отказывалась от многих удовольствий, потому что не могла за них заплатить, и вовсе не ощущала себя красивым цветком.

- Возьму, - донеслось откуда-то издалека. – И сразу пойду в ней.

Кто это произнёс? Я? Нет, не может быть!

- Правильно! Сегодня такой мороз!

Я поцеловала пластиковую банковскую карточку и протянула её кассирше. Та вздохнула и улыбнулась - с пониманием и завистью.

Из магазина не вышла, а выпорхнула. Я чувствовала себя ослепительной, а меховой капюшон ласково прикасался к щекам. Совесть что-то там противно бухтела – «клиника, лекарства, лечение, расходы» – но я не стала её слушать. Виктор сказал: «Трать деньги». Вот я и трачу. Интересно, как он на это отреагирует? Разве плохо, что я его слушаюсь? Чётко выполняю все его задания, пока он бегает по Курганской области, размахивая ружьём. Я всё ещё не могла поверить, что за полдня ухнула две месячных зарплаты. Как это произошло?

А если Виктор рассердится? Прозрачные голубые глаза снова станут как льдинки, губы дрогнут в презрительной усмешке… Нет, не может быть. Наверное, ему наоборот будет приятно, что я так разгулялась. Надо было побольше перевести со счёта. После налёта на меховой салон карточка почти опустела.

Я набрала Лизин номер. Пришлось приложить усилия, чтобы мой голос звучал естественно и непринуждённо:

- Лиза, привет. Как вы там поживаете без начальства? Ликуете?

- Риточка, привет! Как я рада, что ты позвонила! Начальства нет, но работы всё равно невпроворот, ты же знаешь.

Она рада, что я позвонила.

А вдруг Лиза не отправляла фотографии Виктору? Шпионила тихонько за папашей, а обо мне и не думала? Ведь для неё я курочка, несущая золотые яйца. Она говорила мне комплименты, восхищалась моими знаниями, воспевала красоту. Зачем же ей меня гробить? Но что ещё ждать от человека, хладнокровно и планомерно уничтожающего собственную мать?

- Лиза, а что с ярмаркой? – строго спросила я.

- Виктор Николаевич меня вчера чуть не прибил, - проныла подленькая лицемерка.

Меня тоже. Утром в аэропорту – из-за этих мерзких фотографий.