|
Он прав, я только измучаю и его, и себя. Мы всего четыре месяца знакомы, а переживаний хватит на целую Столетнюю войну. Сколько слёз, нервов, эмоций… и так мало объятий, поцелуев, разговоров. Мы же никогда не бываем вместе!
А я постоянно влипаю в истории. Даже если принимаю разумные решения – в результате всё оборачивается против меня.
Взять, к примеру, Соню. Этим летом она попыталась ограбить магазин. Но в полицию не попала, вовсе нет! Напротив, ей подарили красивый браслет, а ещё горячо извинились, что не смогли с достаточным комфортом обставить её приступ клептомании. Домой после инцидента её привёз на джипе импозантный молодой человек (это был Витя). Всю дорогу она с ним упоённо трындела и получила огромное удовольствие от общения.
А я? Отправилась в офис, чтобы привести в порядок дела перед увольнением. Не хотела поступать по-свински с коллегами. В чём заключалось моё преступление? Его не было! Но в результате едва избежала изнасилования.
У Сони на входе минус, а на выходе всегда плюс.
Почему у меня всё наоборот? Мы же с ней родственницы, у нас гены одинаковые… Но нет, у меня всё всегда наперекосяк. Просто я ужасно невезучая, эта опция идёт в комплекте с моей яркой внешностью.
- Риточка, я тебя не узнаю! – испугалась, в конце концов, бабуля. – Да что с тобой?
- Кажется, у меня гастрит, - нашла я понятное и лёгкое объяснение своему траурному виду. – Болит. Вот здесь.
Бабуля секунду смотрела на меня, а потом схватила любимую тефлоновую лопатку и три раза подряд с грохотом врезала ею по столу:
- Я знала, я знала, я знала! Нельзя было пить столько пепси! Всё, баста! С сегодняшнего дня переходим на спрайт!
- Отлично, - вздохнула я. – Думаю, это поможет.
***
Соня сегодня решила реабилитироваться в глазах мирового сообщества и выиграла у Гриши одну викторину из трёх.
- Наконец-то, бабуля, - сказал ребёнок. – А то я уж боялся, что у тебя Альцгеймер.
- Ах, мой маленький! У меня Кристоф. И это похлеще Альцгеймера, скажу я тебе!
- Кристоф? – удивился Гриша. – Хм… О таком синдроме я не слышал. Потом посмотрю в интернете. А какие симптомы?
- Ах! – бабуля взволнованно задышала и картинно прижала ко лбу заломленное запястье. – Симптомы прелестные! Постоянно хочется петь, плясать и шинковать артишок.
- Круто! Бабуля, а на завтра я приготовил вообще убойные вопросы! – похвастался Гриша.
- Тогда мне конец, – загрустила Соня. - Кристоф мозги капитально сносит, из-за него мне трудно сконцентрироваться.
- Угораздило же тебя!
- Ой, малыш, и не говори!
…В субботу Виктор не позвонил. Наверное, Вадим Михайлович преодолел интернет-зависимость или, всё-таки, поставил кабана выше китайского контракта. Но я даже была рада, что любитель лесной фауны не проявился, потому что совершенно не знала, как с ним разговаривать. Моя тайна разрасталась внутри чёрным облаком и закладывала ватой горло. Голос дрожал и ломался, слёзы постоянно были близко. Вчерашнее происшествие было слишком свежо в памяти, я всё ещё чувствовала спиной и бёдрами каменную тяжесть ненавистной туши. Никогда никому не расскажу об этом. Если я признаюсь, Витя тут же помчится убивать директора. Его обязательно посадят. А это означает, что секс у нас так и будет в три раза реже, чем Олимпиада.
Но промолчать – тоже обмануть. Что же делать?
***
Зато в воскресенье мой блистательный любовник, маркетолог, стрелок, чтец, фокусник, псих и драчун позвонил семь раз! Семь!
Как же я его люблю!
- Всё, убили зверюгу, огромный попался, - кровожадно объявил Виктор. – Умотал нас, зараза. Но это был не его день. Уши торчали, я проверил. Ох, и морда! А клыки! Реальный монстр! Иваныч на седьмом небе, Вадим Михайлович тоже счастлив, всё прекрасно. |