Ну, и что это даст? — сердито спросил себя Шейн. Абсолютно ничего. Ведь все равно не узнать ни того, кем является человек со шрамом, ни того, кем был убитый мужчина. Берт Польсон? Чарльз Бернс? А убитая девушка? До тех пор, пока Шейн не увидит ее лицо и счет из отеля, он не будет уверен, что это не Нелли Польсон.

Гораздо больше шансов было, что это Мэри Бернс из «Рони Плаца». Мэри Бернс, которая мельком увидела своего брата в отеле «Эдельвейс», куда ее вызвал этот же самый брат. Мэри Бернс, которая с ужасом бежала от человека со шрамом на лице. Мэри Бернс, которая прибежала к нему в отель в поисках защиты и вновь в ужасе убежала от него на ночную улицу. Мэри Бернс, не поверившая Шейну, что он сумеет защитить ее от человека, которого она так боялась.

Все имеющиеся у Майкла факты вполне подходили к Мэри и Чарльзу Бернсам. Как бы мало он их ни знал. И абсолютно не подходили к тому, что он знал о Нелли Польсон.

Шейн мрачно потягивал свой коньяк, в то время как в его голове вихрем кружились все эти вопросы.

Что-то от него все время ускользало. Что-то очень важное. Может быть, ключ к разгадке всей тайны. Самый маленький штрих ко всему, что он знает. Но именно этот штрих ему неизвестен. Что-то он недоучитывает, никак не может связать концы с концами. Что-то, что ему, возможно, кажется незначительным, может оказаться на самом деле очень важным.

Майкл снова и снова перебирал в памяти факты, все, что произошло с тех пор, как его вызвали по телефону от Люси. Все они у него в голове. Он знает их. Но не знает, как ему отделить истину от той полуправды и лжи, которых он наслушался сегодня. Но ничего. Ясность придет. Придет сама собой…

Внезапно у него появилось чувство, что надо торопиться, что время его на исходе. Он взглянул на часы. Странно, почему у него появилось такое чувство.

Он уже испытывал сегодня такое. Казалось, что его время истекает. Он испытал это чувство, когда узнал, что девушка сбежала от Люси.

Но тогда это было естественно: он хотел как можно скорее найти девушку — до того, как с ней что-нибудь случится.

Теперь торопиться некуда. Она умерла, и никакие силы на земле не вернут ее. Он скрыл от Джентри, где она находилась, потому что сам, лично, хотел довести дело до конца. Но почему же у него снова возникло чувство, что надо торопиться, что его время истекает?

Часы показывали 23 часа 46 минут. И вдруг он вспомнил… 14 минут до полуночи. Он обещал Люси прийти не позже полуночи и выпить коньяк, который она ему налила.

Подошел Сальвадор и молча положил перед ним фотографию.

— Нет, Майкл. Никто не смог сказать ничего определенного.

Шейн с удивлением посмотрел на карточку, как будто никогда не видел ее. Теперь он понял, что его волновало.

Он соскочил с табурета и, даже не поблагодарив Сальвадора, поспешно направился к двери. Он даже побледнел от сознания своей глупости. Не слыша, как его окликнула гардеробщица, Шейн быстро подбежал к машине и рванул дверцу.

Через несколько секунд он на дикой скорости уже мчался по ночному Майами.

Глава 23

23 часа 47 минут

«Тропикал Армс» очень старый, по-видимому разоряющийся, отель находился между лавочкой деликатесов и винным погребком. Когда Шейн подкатил к отелю, погребок был еще открыт. Войдя, Шейн увидел огромный пустой вестибюль с грязными украшениями и увядшими пальмами.

Единственным освещением служила маленькая лампочка над столиком дежурного, однако самого портье не было. Написанная от руки записка около звонка гласила: «Звоните».

Шейн резко нажал на кнопку, и громкое металлическое «пинг» эхом отозвалось в пустом вестибюле. Никто не отозвался. Шейн продолжал звонить до тех пор, пока не показался какой-то толстый без пиджака мужчина.