— Джилл, мы с тобой отклонились от темы.

— И мы будем продолжать говорить об этом, пока ты не сдашься. Хотя, судя по тому, как обстоят дела, тебе не нужно ничего устраивать, а просто стать менее застенчивой с мужчиной, с которым ты живешь.

— Я не живу с Саймоном Брантом! — Почему всех так смущает этот момент? — Я живу в его доме. Это совсем не одно и то же. — Теперь она сама возмущенно фыркнула. — Кроме того, если бы ты видела женщину, на которой он когда-то хотел жениться, ты бы поняла, что он никогда не сможет считать меня привлекательной. Я вдвое толще ее, а она сейчас беременна, представь себе!

— Ну, раз он не женился на ней, значит, его в ней привлекало не это.

Аманда хотела бы убедить себя в правоте Джиллиан, но не могла.

— Вместо этого она вышла за его кузена.

— Это определенно убирает ее со сцены, — с нескрываемым удовлетворением сказала Джиллиан. — Ничто не мешает тебе добиться чего-нибудь забавного, если и не многозначительного, с этим парнем.

— Саймон Брант не хочет спать со мной! — заорала она, почти теряя самообладание.

— Вы в этом уверены? — Эти слова произнес низкий мужской голос позади нее.

Ее душа ушла в пятки, она обернулась, прижимая к уху сотовый телефон. Саймон стоял в небрежной позе на пороге гостевой комнаты; дверь была распахнута настежь.

Она открыла рот, но сумела только выдохнуть. Джилл продолжала что-то говорить, но Аманда не могла понять ни слова. Она лишь прерывисто дышала.

— Саймон, — выдавила она.

— Да, Саймон. Ты явно интересуешься этим мужчиной. — Нетерпеливый голос Джилл в ее ухе придавал происходящему оттенок нереальности.

Реальность же являла собой почти два метра мужского совершенства и сардонический блеск в серо-стальных глазах.

— Джилл! — сказала она, прерывая знакомую тираду подруги о недостатке у Аманды сексуальной жизни.

— Что?

— Саймон здесь. Думаю, он хочет поговорить со мной.

Джилл задохнулась от удивления.

— Саймон там?

— Да.

— И сколько он услышал? — Шепот подруги был слишком тихим и слишком запоздалым.

— Достаточно.

Темная бровь Саймона вопросительно приподнялась.

Джилл произнесла:

— О-о.

— Вот именно. Слушай, Джиллиан, я должна идти.

— Конечно. Позвони мне потом.

— Может быть, завтра. — Если она к тому времени не умрет от унижения. Интересно, от этого умирают?

Она захлопнула телефон.

— Я не слышала, как вы стучали.

— Думаю, ваше внимание пребывало где-то в другом месте.

Так и было. О да, оно было именно гам.

— Вы правы.

— Зато вы ошибаетесь.

Она ошибается на счет своего внимания? Ее обычно сообразительный мозг сейчас функционировал далеко не в полную силу.

— В чем?

— В том, что я не хочу спать с вами.

У нее подогнулись колени. К счастью, кровать была прямо за ней, и она неловко приземлилась на край.

— Ч-что?

— Думаю, вы слышали меня.

Она тряхнула головой, но гул, оставшийся после его слов, не прекращался. Вся его поза, то, как он прислонился к дверному косяку, заполняя весь дверной проем, говорили о расслабленности. Он просто не мог обсуждать с ней такие вещи и оставаться настолько безмятежным. Это невозможно.

— Вы слышали, но я повторю еще раз.