— Вы слышали, но я повторю еще раз. Я действительно хочу заняться с вами сексом.

Она соскользнула с кровати. Ковер заглушил стук, с которым она приземлилась на пол.

— Вы не хотели это сказать.

Он пошевелился. Наконец-то. Нужно было пересечь комнату и подать ей руку. Она взяла ее, и он помог ей подняться.

— Хотел, но я пришел сюда, чтобы сказать другое.

— Нет? — Крупица разума возродилась в ее измученном мозгу. — О, конечно, нет.

— Мне действительно жаль, но я занят экспериментом, который не могу сейчас оставить.

— Тем не менее вы здесь. — Ладно, значит, ее мыслительный процесс еще неокончательно восстановился.

— Всего на минуту. Я спустился, чтобы сообщить вам и Джейкобу, что не смогу присоединиться к вам за ужином. Я не знаю, удастся ли мне сегодня вечером снова оторваться от эксперимента.

Зачем он говорит ей это?

— Нам придется отложить окончание вашей презентации на потом.

Две вещи поразили ее одновременно. Первая — что Саймон оказался способен чертовски легко отказаться от какого бы то ни было желания, которое он испытывал к ней. Вторая — что он объяснил, почему не придет, чего на протяжении их короткого знакомства до сих пор не делал ни разу. Ей это понравилось.

— Спасибо, что сказали мне об этом.

Он кивнул:

— Пожалуйста. Я должен идти.

— Конечно.

— Мы поговорим позже.

— Позже, — автоматически повторила она.

И он ушел, унося с собой свое греховное совершенство. Она рухнула на кровать и подумала, что, может быть, Корпус мира принимает на работу слегка поврежденных в уме корпоративных посредников для работы в Зимбабве или где-нибудь еще.

Остановившись на втором варианте, Саймон обнаружил, что его мысли вернулись назад, к короткому разговору с Амандой, Перед глазами по-прежнему стояло потрясенное выражение ее лица, когда она поняла, что он случайно услышал, как она говорила подруге — и очень страстно, — что он не хочет с ней секса.

Она что, слепая?

То, что он не шел на поводу своих желаний, не означало, что они отсутствовали. Она же была там, в зале, когда он почти поцеловал ее, и она знала, что он собирался сделать это. Временами он плохо понимал женщин, но он знал, когда женщина готовится к поцелую с ним.

Он был так раздражен ее притворным неведением, что сказал ей, что она ошибается. Не самый умный его поступок с тех пор, как он узнал, что такое секс. Ему не следовало признавать это вслух. Это было оружие, которое она могла использовать против него.

Он не собирался давать ей шанс. Он выслушает ее предложение, а потом она может возвращаться в свой отель в Порт-Малкуин. Когда перед ним не будет ее искушающего тела, он, возможно, сумеет доделать работу.

Никогда раньше он так не отвлекался. Его сосредоточенность обычно была абсолютной, но после встречи с Амандой он обнаружил, что думает о ней, когда ему следовало бы анализировать проблему. Даже разнообразные проекты, которыми он сейчас занимался, не могли отвлечь его от мыслей об этой дразнящей женщине. Одной из причин той трехдневной беспрерывной работы являлся тест, который он был вынужден начать заново, когда запорол его, мечтая об Аманде, вместо того чтобы следить за уровнями энергии.

Сейчас он не мог позволить себе отвлекаться, если хотел быть первым проектировщиком, который найдет подтверждение концепции оптико-волоконного компьютерного процессора. Его проект топливного бака был интересным развлечением, тем, что помогает не зацикливаться на какой-то одной мысли. Он давно научился работать больше чем над одним проектом за раз, в крайней степени различные задачи освежали его мыслительный процесс.