— Ты пробудила мое любопытство. Оно будет грызть меня, и весь остаток дня я не смогу ничего сделать.

Она не поверила этому ни на секунду. У этого человека способность фокусироваться лучше, чему телескопа «Хаббл».

— Пытаешься развить во мне комплекс вины? — поддразнила она, задыхаясь от его ласки.

— Получилось?

Она округлила глаза.

— Нет.

— Я правда хочу знать.

Она вздохнула, смиряясь с неизбежным. Эта его потрясающая способность концентрироваться была направлена на получение информации от нее, и он не собирался сдаваться. Этот мужчина может быть так упрям! А как он похитил ее вчера!

— Ты скажешь, что это глупо.

Кончики его пальцев пробежали по ее лицу. Это было так хорошо, что она едва удержалась, чтобы не прижать его руку к своей щеке и просто держать ее там.

Он погладил ее по подбородку и опустил руку.

— В тебе нет ничего глупого. Ничего.

— Есть, поверь мне. Ноя все равно скажу тебе. — Она в долгу перед ним после того, как оторвала его от работы. Она глубоко вздохнула, надеясь, что это прозвучит не так идиотски, как ей казалось. — Я просто волновалась, что теперь, когда мы спим вместе, ты можешь подумать, что я попытаюсь убедить тебя согласиться на слияние, используя более личные способы воздействия.

— Ты беспокоилась, что я решу, будто ты пытаешься манипулировать мною при помощи потрясающего секса? — В его голосе звучало очень умеренное любопытство.

Ей понравились слова про потрясающий секс.

— Да. — Она криво улыбнулась, чтобы дать ему понять, каким нелепым сама считает такое предположение.

— А ты пытаешься?

— Что?!

— Ты пытаешься использовать свое тело, чтобы склонить меня к нужному решению? — По его виду не было похоже, что он дразнит ее, но он не выглядел чрезмерно озабоченным такой перспективой.

«Вот тебе, Аманда Закери, и современная корпоративная Мата Хари».

— Как ты можешь спрашивать у меня такое? — Ей в голову не приходило, что он мог всерьез рассматривать такой сценарий. — Я бы никогда не поступила так низко! — Не говоря уже о нарочито очевидном.

В замешательстве от бурлящих в ней эмоций она не могла сидеть и вскочила со стула, сбросив его руку со своей шеи.

— Если ты так думаешь обо мне, наверное, мне лучше уехать прямо сейчас.

Глупая! Это вовсе не то, чего она хотела. «О Господи, пусть он поймет, как сильно ошибается, и попросит меня остаться».

Дэниел, предложивший ей такое, разозлил ее. Саймон, поверивший, что она на это способна, причинил боль. Но с другой стороны, Дэниел был всего лишь ее боссом. Саймон же был ее любовником. Он должен был все понять. Но внутренний голос настаивал: «Единственное, что он знает хорошо, — это твое тело. Ты любишь его, но его чувства гораздо более примитивны. Почему он должен автоматически верить в твою честность?»

— Аманда, ты сама заговорила об этом.

— Я не думала, что ты способен поверить во что-то подобное, — беспомощно сказала она, ее сердце изнывало от боли.

— Тогда зачем ты приходила в мою лабораторию?

Сама резонность вопроса распалила ее гнев еще больше. Она чувствовала себя уязвимой, и ей это не нравилось.

— Потому что я хотела сказать тебе, что не делаю ничего такого!

— Если этого не могло быть, зачем вообще говорить об этом?

— Не в моих привычках спать с деловыми партнерами, и я хотела убедиться, что ты понимаешь, что это совершенно разные вещи.

— Я рад.