— Говорят, на Ямайке постоянно бунтуют рабы. Почем тебе знать, не случится ли такой бунт и на твоей плантации?
— Не случится. Я собираюсь освободить рабов и платить им за труд на плантации и на винокуренном заводе.
Джастин покачал головой:
— Опасное это дело — освобождать рабов. Другие плантаторы вряд ли будут в восторге, какими бы чистыми и благородными ни были твои намерения… Значит, я не могу убедить тебя изменить решение?
— Ценю твою заботу, Джастин, но я решил окончательно.
— А как же «Смелый»? Будет плавать под началом другого капитана?
— Да. Дирк Блэйн, мой первый помощник, станет новым капитаном «Смелого». Будет возить ром, сахар, табак, кофе… Я надеюсь, без дела стоять не будет.
Джастин вздохнул и развел руками:
— Вижу, тебя не переубедить. Все, что могу сказать, — приезжай почаще и береги себя. С этими бунтами рабов, землетрясениями и ураганами Ямайка может оказаться вовсе не тем земным раем, куда ты так рвешься.
— Я готов к любым трудностям, — горячо заверил его Крис.
— Тогда остается только попрощаться с тобой. Когда отплываешь?
— Через неделю, плюс-минус день. Погрузка идет полным ходом. Я хочу взять все, что может понадобиться.
Джастин поднялся из-за стола:
— Что ж, тогда пойдем — простишься с Грэйс. Мы с ней так редко видим тебя. Может, успеешь вернуться к концу осени, когда родится наш малыш? Грэйс была бы очень рада, если бы ты приехал на крестины.
Крис хлопнул брата по плечу:
— Ребенок?! Это же здорово! Поздравляю тебя, старина! Обязательно постараюсь успеть к этому знаменательному событию.
Они вместе вышли из кабинета. Джастин тревожился за будущее брата, но Крис с нетерпением ждал новых приключений и с радостью готов был принять вызов судьбы.
Глава 1
Лондон. Неделю спустя
— Я пришел за своими деньгами, Колдуэлл! Нет у меня времени ждать, пока ваши дела наладятся! — говорил крепко сбитый лысеющий мужчина. — Я уже заказал место на «Утренней звезде», а она отплывает через пять дней. Я слишком долго не был на плантации, чтобы еще откладывать поездку! Если вы немедленно не вернете деньги, я вызову городскую стражу и вас упрячут в долговую тюрьму! Уверен, я не единственный человек в Лондоне, у кого есть ваши долговые расписки!
Рэйфорд, виконт Колдуэлл, ощущал сильнейшее желание залепить затрещину сэру Оскару Ригби, но, как это было ни прискорбно, ему приходилось улыбаться и успокаивать разгневанного кредитора.
— Зачем же угрожать, сэр Оскар? Разумеется, вы получите ваши деньги.
— Когда?
— Как только я приведу в порядок свои финансовые дела.
— Этого никогда не будет, Колдуэлл! Все знают, что ваши карманы пусты, а сумма, которую вы мне должны, совсем не маленькая! На эти деньги я рассчитывал купить еще рабов на плантацию.
Спор продолжался в том же духе. Угрозы и обещания, казалось, висели в воздухе. Голоса становились все громче и громче, а трое слуг Колдуэлла уже не знали, куда спрятаться от этого скандала.
Поднимаясь по лестнице дома, который арендовал ее сводный брат, София Карлайл направлялась в кабинет, откуда доносились разгневанные голоса. Она уже догадывалась, о чем речь. Дня не проходило, чтобы не появился кто-нибудь из кредиторов требовать деньги, проигранные Рэем или потраченные им на другие радости жизни.
Не успела она подняться наверх, как дверь кабинета распахнулась, и оттуда выскочил красный от злости мужчина и направился к лестнице.
— Вы кто, милочка? — спросил он, увидев Софию, и остановился. |