|
Он не брал Стэнли даже в качестве попутчика. Но служба проката автомобилей в Гонолулу и слышать не хотела о том, чтобы Джек сел за руль. На лиц, переживших инсульт, действие страховки не распространялось. Джека Люси эти правила неприятно поразили и порядком вывели из себя. Служащая — девушка, похожая на китаянку, но на бейдже значилось, что ее зовут Гейл-Энн — бесстрастно стояла перед ними, не выражая ни намека на гавайский дух гостеприимства, она даже не делала вид, что ей приятно с ними общаться. Просто стояла и монотонно бубнила, что только Стэнли имеет право садиться за руль. Она снова и снова повторяла слова «бремя ответственности». Громко и отчетливо. Словно Джек умственно отсталый. Как будто он сам и являлся этим бременем.
Джек в отместку не поленился пару раз крепко приложиться своим ходунком к лакированному боку «линкольна», просто чтобы показать им, «какой обузой может оказаться такой ущербный калека, как он». Поэтому именно Стэнли сидел теперь за рулем, тащась, как улитка, по дороге, предоставив отцу ненужную уйму времени для знакомства с городом. Джеку Люси попалась на глаза вывеска, на которой красовалась надпись: «LA FEMME NU». Оформлена она была со всеми традиционными атрибутами стриптиз-клуба. Но что это за язык? В нормальном английском обычно пишут «NUDE» — голая женщина. Может, недостающие буквы просто выгорели? Джек довольно ухмыльнулся. Возможно, город, в конце концов, окажется не таким уж и плохим. Даже стриптиз-клуб имеется. Интересно, как будут выглядеть эти китайские куколки, полирующие своими кисками клубные шесты? Что ж, он вернется сюда чуть позже и все увидит собственными глазами, после того как выгрузит Стэнли у гостиницы. Но сначала им предстоит кое-что сделать. Фрэнсису срочно требовалось прилечь. Ему просто позарез нужен был час сна или, возможно, доза сильнодействующего снотворного ксанакс, просто чтобы прийти в норму. Тело тряслось и дрожало, он выглядел да и чувствовал себя как парализованный восьмидесятилетний старик. Напряжение во время завтрака с представителями профсоюза, которое испытывал Фрэнсис, пытаясь удержать ситуацию под контролем, а также вонь, исходящая от этой азиатской девицы, оказались выше его сил. Он-то считал, что полезный обильный завтрак благотворно скажется на самочувствии и избавит его от непрекращающейся пульсирующей боли в голове, которая была следствием вчерашнего кутежа, но в действительности приобрел лишь самое заурядное несварение желудка и отрыжку от жирной свинины. Был даже такой момент, когда Фрэнсис уже всерьез собирался расстаться с завтраком и извергнуть все содержимое желудка прямо на стол. Но он давно вырос из пеленок. Поэтому пришлось сделать над собой нечеловеческое усилие и сдержаться. Он осторожно открыл дверь в номер и, стараясь не шуметь, прокрался внутрь. Фрэнсис надеялся, что спасатель еще не ушел. Однако того и след простыл, а все выглядело так, словно в помещении взорвалась граната. Помимо усеивающих пол стеклянных осколков — видимо, разбилась бутылка рома — и щепок от расколотой гавайской гитары кто-то вытащил все ящики комода и вытряхнул их содержимое на пол, раскидав вещи в поспешном грабеже. Фрэнсис заметил, что его чемодан вытрясли на кровать и затем небрежно отбросили на балкон. Он прошел в ванную комнату и увидел, что пропали рецепты на ксанакс и валиум, а также те непомерно дорогие витамины, которые ему в свое время дал Чад. Они представляли собой специально изготовленную его диетологом смесь различных препаратов, чтобы помочь справляться с нагрузками на работе. Интересно, Чад и диетолога поимел? Фрэнсис увидел другой свой чемодан в ванной — его потроха были в беспорядке свалены в кучу и перерыты. Пропал цифровой фотоаппарат, а заодно сотовый телефон и карманный компьютер. Совершенно неожиданно Фрэнсиса осенило, что тот молодой человек скорее всего и не был никаким спасателем. |
