Рива потерла тыльную сторону ладони, пытаясь унять внезапно вернувшееся покалывание.

— Он пытался выбить это из меня, — прошептала она, прикрыв глаза. — Но оно въелось слишком глубоко, словно грязь, которую нельзя смыть.

— Грязь? — Велисс села рядом, положив руку ей на бедро, и покалывание тут же превратилось в жжение. — Никакая это не грязь. Это — прекраснейший дар.

Она почувствовала легкое и теплое дыхание женщины на своей шее, ее губы словно обжигали кожу.

Дверь с грохотом распахнулась. Рива вскочила, вывернувшись из объятий Велисс. В комнату ворвался Аркен с воплем:

— Они идут!

* * *

На сей раз воларцы использовали щиты. Сбили вместе широкие доски и, подняв их над головой за столбики на углах так, чтобы под ними могли укрыться десять варитаев, побежали к стенам своим неестественно размеренным шагом. Всходило солнце, приподнимая завесу ночи над боевым порядком воларской армии. Рива оценила численность первой волны в три тысячи человек. Антеш приказал своим стрелять по флангам — вместо того чтобы бесполезно расходовать стрелы на щиты. Его лучники разили с беспощадной точностью: по меньшей мере пятая часть атакующих была выведена из строя. Солдаты валились на дамбу как подкошенные и скатывались в реку.

Добравшись до стены, они ударили сразу в трех местах. Под прикрытием щитов, по которым тут же загрохотали камни, подняли осадные лестницы. Рива вертелась ужом, выпуская стрелу за стрелой то в солдата, имевшего неосторожность высунуться из-под щита, то в ползущего вверх по лестнице врага. Она стреляла в нападавших, подождав, пока те не поднимутся на добрых двадцать футов над землей, и те летели вниз, иногда точно на головы своих товарищей. После того как число сраженных ею врагов перевалило за шесть, ей надоело считать.

Прибежал какой-то человек с западной стены.

— Милорд! — обратился он к Антешу. — Взгляните на реку!

Антеш бросился к бойнице, за ним — Рива с Аркеном. К западной стене приближались косяки огромных плотов, плывшие по темным волнам Железноводной. Каждый нес на себе воларцев, которые под защитой щитов толкали плоты к берегу с помощью длинных шестов. По беспорядочным рывкам Рива заключила, что это плывут свободные солдаты, а не варитаи. «Скоро они станут свободными трупами», — мелькнула мрачная мысль.

— Рассредоточьте людей, — приказал Антеш сержанту дворцовой гвардии, командовавшему этим участком. — Разбейте на группы по десять человек и распределите плоты между ними. Пусть метят в гребцов.

Когда плоты приблизились на достаточное расстояние, была отдана команда стрелять. На подплывающих вольных мечников обрушился дождь стрел, не давая им возможности ни на миг опустить щиты.

— Получай, ублюдок! — завопил Аркен, когда его стрела сразила гребца на головном плоту.

Рива удачно сняла того, который встал ему на смену.

Плоты приблизились, и лучники усилили напор, метя в бреши между щитами. Головной плот поплыл прочь, подхваченный течением, щедро разбрасывая вокруг себя тела, которые тут же поглощала быстрая река. Та же участь постигла еще два плота, однако прочие сумели добраться до берега, хотя в рядах солдат зияли значительные прорехи.

Выбравшись на сушу, вольные мечники кинулись к заранее назначенным участкам стены, теряя все новых товарищей. Однако их было слишком много, и вскоре лестницы уже выросли у стен. Среди мечников оказались и лучники, они в свою очередь стреляли в защитников, особенно там, где стояли лестницы. Рива увидела, как убили двоих, пока они пытались оттолкнуть одну из лестниц шестом.