– Таких документов не существует.

– Мой добрый Келил, у тебя есть такие документы?

– Да, о высочайшая из цариц.

– Передай их мне, я их посмотрю.

Даная не смогла удержаться, чтобы не взглянуть на Рамтата. Он выглядел замкнутым и отстраненным, но не отрывал глаз от ее лица. Хотелось бы ей знать, о чем он думает! Это был совсем не тот человек, что держал ее в своих объятиях, что заставил полюбить себя, – теперь это был преданный слуга царицы, стойкий, суровый, бесчувственный. Даная еле сдержала стремление положить руку на свой слегка округлившийся живот, где рос его ребенок.

Снова подняв взгляд на царицу, Даная наблюдала, как та прочла документ, а затем спросила верховного жреца, как он к нему попал.

– Его передал мне на хранение Урия, иудей.

– Не может быть, – прошипел Харик.

– Господин Харик, ты обвиняешь моего верховного жреца во лжи?

Впервые Харик почувствовал себя неуверенно: он ведь считал, что уничтожил все документы. Он понимал, что глупо обвинять столь уважаемого человека, как верховный жрец, в том, что он говорит неправду. Похоже, господин Мицерин одержал над ним верх даже из могилы. Но Харик подумал еще об одной возможности повернуть дело в свою пользу.

– Я не сомневаюсь, что верховный жрец поверил в то, что документы подлинные. Но насколько я знаю, их мог подделать Урия, иудей. Все знают, что он всегда был неравнодушен к Данае.

Царица поняла, что теперь этот человек попался, и ринулась в наступление для заключительного удара. Господин Харик не отличался особой сообразительностью. Он упрямо лез в западню, которую она ему поставила, и, будучи весьма недалеким, даже не замечал этого.

– Как ты предлагаешь нам поступить, господин Харик?

– Я не прошу предать эту женщину смерти. Я всего лишь хочу забрать свою рабыню Данаю и больше не беспокоить тебя, сиятельная царица.

Рамтат увидел, как царица улыбнулась – она явно что-то замышляла. Клеопатра откинулась назад и остановила на Харике холодный взгляд, который мог бы и мертвого привести в дрожь. Рамтат перевел глаза на Данаю – она выглядела побледневшей и напуганной. Ему страстно хотелось подойти к ней, но он знал, что должен подождать, пока закончится эта игра. Если окажется, что Даная все-таки рабыня, он выкупит ее у Харика, сколько бы это ни стоило.

Царица Клеопатра явно развлекалась:

– Господин Харик, ты настаиваешь, чтобы я вернула тебе в качестве рабыни благородную принцессу из рода Птолемеев и мою единокровную сестру?

В комнате повисла мертвая тишина.

Харик побледнел и быстро отступил назад.

Даная в недоумении широко раскрыла глаза.

Рамтат был потрясен.

Верховный жрец выглядел очень довольным.

Царица Клеопатра удовлетворенно улыбалась.

– Видишь ли, господин Харик, Даная, которая на самом деле является принцессой Данаей, родная дочь моего отца. Разве это не делает ее моей сестрой?

Даная была ошеломлена. Неужели и вправду ее настоящим отцом был покойный царь? Девушка взглянула в глаза Урии и увидела, что он в таком же замешательстве, как и она.

Дрожа, Харик упал на колени и лбом коснулся пола.

– Великая царица, откуда мне было знать? Сохрани мне жизнь, прошу тебя!

Презрение, читавшееся на лице царицы Клеопатры, было очевидно для всех.

– Я сделаю лучше, чем просто сохраню твою жизнь, – я предоставлю другим вынести тебе приговор.

Харик взглянул на царицу с надеждой.

– Всемилостивейшая царица, с этого дня я буду твоим верным и преданным слугой.

Царица Клеопатра кивнула стражнику, стоявшему у двери:

– Пригласи особу, которая вынесет окончательный приговор господину Харику.