И контекст, в котором Дмитрий Медведев находится уже два месяца, таков, что до сих пор его почему-то не останавливали ни рейтинги «Единой России», ни собственный неочевидный статус, ни вообще что-то. С конца сентября президент Медведев регулярно выступает с разными речами и интервью, высказывается буквально обо всем на свете и всей своей публичной активностью демонстрирует какую-то фантастическую беззаботность.

Бадминтон, Angry birds, уборка кукурузы, социальные сети, комиксы про троллей — из речей президента можно составить универсальный справочник, который можно засунуть в космический аппарат «Фобос» и отправить на Марс, чтобы марсиане получили представление о том, насколько увлекательна жизнь людей на Земле. На фоне такого тематического многообразия президентских речей глупо всерьез рассуждать о том, что президент откладывает послание, чтобы оно не затерялось в предвыборной суете.

Стоит, кстати, вспомнить как весной и летом, когда политическое будущее Дмитрия Медведева еще казалось не таким, каким оно оказалось в итоге, каждое появление президента на публике сопровождалось множеством утечек и прогнозов по поводу того, что именно в этой речи или именно на этой пресс-конференции Медведев объявит, что идет на второй срок, или что отправляет в отставку правительство, или еще что-нибудь. Каждый раз такие прогнозы не оправдывались, потом был съезд «Единой России», и после него начался бесконечный марафон президентских речей о бадминтоне и прочем.

В этом безумном непрекращающемся потоке президентских слов новость о переносе послания выглядит, мне кажется, вполне однозначно. Молчание президента — это и есть его настоящее послание. Он мог бы выйти в положенный срок на парламентскую трибуну и произнести очередной набор известных уже наизусть фраз о модернизации, инновациях и химической кастрации, и никто бы ничего не заметил. Но он почему-то решил промолчать.

Может быть, это странно прозвучит, но я действительно не верю, что они с Путиным обо всем договорились много лет назад. На съезде «Единой России» два месяца назад Медведев не выглядел человеком, у которого все идет по плану.

Я думаю, эти два месяца его новой жизни для Медведева — такой же неприятный период, как и для всех, кто не хочет состариться и умереть при Путине.

Я думаю, молчание Медведева — это единственная доступная ему форма политического протеста.

14 ноября 2011. Если бы я, не приведи Господи, был президентом Таджикистана, то, полемизируя сейчас со своим российским коллегой по поводу ситуации с летчиком Садовничим, я бы напомнил Дмитрию Медведеву его многочисленные высказывания о недопустимости любого давления на любой суд.

Было время, когда российский президент любил заявлять, что давить на суд нельзя. Он говорил об этом и в связи с судом над Ходорковским и Лебедевым, и просто так. Сегодня я искал на президентском сайте соответствующие цитаты, и их действительно много. Например, в январе этого года Дмитрий Медведев говорил, цитирую: «Ко мне очень часто обращаются с предложениями, иногда жесткими заявлениями: «Президент, ну-ка поправь-ка этот суд», — говорил президент в январе этого года.