Мне кажется, что и сама я точно так же торчу за стеклом, созерцая расплывчатые фигуры, тычущие в меня пальцами и беззвучно разевающие рты. Я пытаюсь понять, что нужно этим зевакам. Или тем, кто воздвиг надо мной непроницаемый пузырь отчуждения и одиночества. И никаких подходящих объяснений не приходит в мой разум, объятый паникой. Год за годом не приходит. Так будет до тех пор, пока ужас не сменится скукой, а вопрос «зачем?» не перестанет будоражить душу. Затем, что так надо.

Желтая пума, несущая в зубах распластанную тушку морской свинки, смотрит на меня, потом едва заметно пожимает плечами: а как ты думала? Так надо.

* * *

Мы выбираемся на Садовое кольцо, ничуть не повеселевшие и не успокоенные.

- Ну и зачем ты меня туда заманил? - интересуюсь я.

- Чтоб отвлечь! - не скрывает коварных замыслов Гера.

- От чего?

- От мрази этой литературной! - упрямо гнет он свою линию.

Гера ненавидит писательскую братию. Ничего в жизни не видели, ни о ком, кроме себя, отродясь не думали, никакого уважения не заслужили, а туда же, лезут в каждую щель с поучениями. Таракан домовый, к задней лапе которого привязан философский словарь, - вот каково Герино представление о писателе. О современном, по крайней мере. Не слишком лестно. Исключение составляю разве что я - и то не наверняка.

- Гера, эта мразь - единственная профессиональная среда, которая мне светит! - не уступаю я.

- Тогда вылезай из этой среды. Потому что тебе давно пора пройти дезактивацию, - умничает мой племянник.

Что ж, он прав. Кабы существовал пункт дезактивации мозга от безнадеги, навеянной общением с коллегами, я б его посещала не реже супермаркета. Но готовых технологий наука не предлагает и приходится дезактивироваться самим, кто во что горазд. Я было задумалась над собственным вариантом решения проблемы, и тут пробудился Мореход. Первый раз за год пробудился. Видно, лекарства перестают действовать.

- А ты спроси у парнишки, как тебе выбраться! - советует он немного хриплым от долгого молчания голосом.

- Без тебя разберусь! - мысленно огрызаюсь я.

Если у вас заведется внутренний комментатор первым делом научитесь разговаривать с ним мысленно. Может, тогда вас и минует чаша моя.

- Да че ты кобенишься-то? - возмущается Мореход. - Спроси, чего тебе стоит! И если он укажет на меня, придешь ко мне, в верхний мир. Не просто россказни мои слушать станешь, а сама придешь, целиком.

- Не укажет он на тебя, и не надейся, - с замиранием сердца отвечаю я, понимая: эта проклятая хитреца в голосе Морехода ничего доброго не предвещает. Опять он меня тащит в какую-то авантюру, пират чертов...

- Тогда пари! Если укажет, ты идешь ко мне. Так... ненадолго... погостить! - с нарочитым легкомыслием предлагает Мореход.

И прежде чем я успеваю крикнуть себе «НЕТ!!!», мой мысленный ответ падает, точно гиря на чашу весов:

- Ладно, пари.

Я, не зная, чего мне на самом деле хочется - выиграть или проиграть - поворачиваюсь к Гере и спрашиваю:

- И чем же мне, по-твоему, заняться, если не заказами этого прекрасного, но откровенно нищего и вороватого издательства?

- Знаешь, сейчас ты можешь чем угодно заняться? - убежденно заводит Гера. - Попутешествуй. На море съезди, что ли. Или вот, ты мне как-то рассказывала про какой-то верхний мир, крутой, как Варкрафт. Может, про него книжку напишешь? А то ты всегда пишешь такое скучное... непонятное. - И Герин палец упирается мне в лоб. Всего лишь чтобы отвести волосы, которые уже несколько минут лезут мне в глаза, отчего я моргаю, будто малолетняя фотомодель на своей первой тусовке.