– Нечего пускать в ход всякие хреновые шлюхины трюки.

Персик переворачивает Нору, садится на нее верхом, стискивает ей груди, кладет между ними свой орган и двигает ко рту.

– Давай минет. – Она подчиняется. Старается, насколько возможно, потому что он то и дело выдергивает член, а ей хочется, чтоб все побыстрее закончилось. Но свой порнотрюк он все‑таки устраивает. Скоро он хватает свой член и кончает ей на лицо.

Нора знает, чего он желает.

Она тоже смотрит порнофильмы.

И она берет капельку спермы на палец, сует в рот, смотрит ему в глаза и стонет:

– Мммм.

И видит, как он улыбается.

Когда Персик наконец уходит, Нора бросается в ванную, чистит зубы, пока не начинают кровоточить десны, и целую минуту полощет рот «Листерайном». Она долго стоит под душем, почти обжигающим, наконец надевает халатик, подходит к окну и выглядывает.

И видит симпатичного парня, того, застенчивого, он стоит, привалясь к машине. Ей очень хочется, чтобы он стал ее другом.

Часть вторая

Цербер

4

Мексиканский Батут

У кого есть лодки? У кого есть самолеты?

Малькольм Икс

Гвадалахара

Мексика

1984

Арт Келлер наблюдает, как приземляется грузовой самолет ДС‑4.

Они с Эрни Идальго сидят в машине, ведя скрытую слежку за аэропортом Гвадалахары. Арт наблюдает, как мексиканские federales  помогают вытаскивать груз.

– Не потрудились даже вылезти из полицейской формы, – замечает Эрни.

– А зачем? – откликается Арт. – Они же на службе, верно?

Бинокль ночного видения направлен на полосу, почти под прямым углом отходящую в сторону от основной взлетной дорожки. На ближней стороне полосы – несколько ангаров для грузов, с десяток маленьких хибар, служащих офисами для авиакомпаний, занимающихся грузовыми перевозками. Сейчас у ангаров припаркованы грузовики, и federales  перетаскивают ящики из самолета в кузовы грузовиков.

– Улавливаешь смысл? – бросает Арт.

– Понял, не дурак. – Камера Эрни жужжит. Вырос Эрни среди банд в Эль‑Пасо, видел, что делали наркотики с людьми в его баррио, и рвался бороться с ними. Так что когда Арт предложил ему работу в Гвадалахаре, он согласился не раздумывая. Он спрашивает: – А как мы с тобой думаем, что может быть в этих ящиках?

– Печенье «Орео»? – предполагает Арт.

– Может, домашние тапочки?

– Одно мы знаем твердо – это не кокаин, потому что...

И оба хором заканчивают:

– В Мексике кокаина нет .

И смеются шутке: это что‑то вроде повторяющегося припева, иронически процитированная официальная фраза, которую твердят им боссы. По мнению «пиджаков» из Вашингтона, самолеты, набитые кокаином, прилетающие чаще и с большей регулярностью, чем самолеты «Юнайтед Эйрлайнс», – всего лишь плод воображения Арта Келлера.

Общепринятое мнение – операция «Кондор» покончила с мексиканской наркоторговлей. Это утверждают официальные доклады, Управление по борьбе с наркотиками, Государственный департамент. И у Генерального прокурора то же мнение. И никому наверху не хочется, чтобы Арт Келлер делился своими фантазиями о наркокартелях в Мексике.