На том они и расстались.

Утром следующего дня Лукас обошел все залы музея, как обычно это делал, и зашел в кабинет директора.

— Опять глаза красные, — заметил шеф. — Опять была бессонная ночь. Ты, мой друг, не влюбился ли часом?

— Да все гости достают, родственники. То им надо туда, то сюда…

— После обеда я уеду по делам, — предупредил шеф. — Ты останешься за меня и веди дела сам.

У Лукаса даже подкосились ноги. Он присел на стул и попытался сдержать свое волнение.

— С тобой все в порядке? — заметил шеф его странное состояние. — Ты нездоров?

— Нет, нет, все хорошо. Голова что-то закружилась.

— Постараюсь вернуться пораньше и отпущу тебя домой, — сказал озабоченный шеф.

Лукас вышел из кабинета и снова направился по музейным залам. Посетителей было очень мало, и он старался сосредоточиться, перебирая в голове варианты похищения. Он шел медленно, с тоской поглядывая по сторонам, будто прощался со своей перспективной работой уже заранее. Сейчас Лукас не понимал, что его толкает на такое ужасное преступление, но какая-то невидимая сила двигала им, и он не смел ей противостоять.

Он прошел в зал, где находилась витрина с золотым крестом, и замер. В такую рань у витрины он снова увидел монаха. Тот, как обычно, стоял с опущенной головой и шептал молитву. Услышав шаги, он поднял голову, обернулся.

— Доброе утро, отец, — вежливо поприветствовал его Лукас. — Я даже не заметил, как вы вошли..

— Доброе, сын мой, — ответил монах. Он взглянул на молодого человека, и Лукасу показалось, что взгляд у него суровый, какой-то недоверчивый, как раньше, а глаза просто метают в его сторону искры ненависти, будто догадывался, что Лукас хочет совершить.

Лукас немного постоял рядом, мельком взглянул на витрину с крестом и направился к выходу.

— Молодой человек, — окликнул его монах. — Вы что-нибудь узнали о таинстве креста?

— Ничего, — раздраженно ответил Лукас. — Все, как и вы, говорят, что его тайны уходят в глубину веков, а источников никто обнаружить не может. У меня совершенно нет времени этим заниматься, и я не вижу в этом резона.

— Вот и хорошо, — согласился монах, — пусть он покоится на своем месте. Значит, не пришло еще его время.

Лукас медленно двинулся по залу, чувствуя его колючий взгляд в спину. Он неожиданно обернулся и встретился с взглядом монаха, который, сложив руки на груди, смотрел ему вслед.

Во второй половине дня шеф уехал по делам и обещал вернуться незамедлительно, как решит все свои вопросы.

Лукас тут же набрал номер телефона Джона.

— Сегодня может все случиться, — предупредил он. — Шеф в отъезде. Утром снова появлялся этот монах. Что-то мне не нравится все это.

— Да черт с ним, с монахом. Ты мне звони, как только что-то будет получаться. Я подъеду на машине и заберу тебя.

— Мне сразу надо будет съехать и с квартиры, — предупредил Лукас. — Там у меня вещи уже упакованы — две сумки.

— Хорошо, заедем, а где думаешь остановиться?

— Может, на время у тебя?

— Нет, нет, это исключено, — запротестовал Джон. — Лучше снять номер в гостинице.

Лукас мгновенно призадумался, понимая всю сложность ситуации, в которую он сам себя впутывает.

— Тебе надо быть у музея часов в пять, — пересиливая свои сомнения, произнес Лукас. — Поставь машину в стороне, а сам жди у входа.