Неожиданно гусляр приподнялся на локте и протянул руку в темноту. Властимир, подошедший к окну, услышал его зовущий шепот:

— Иди сюда, не бойся… Откуда взялась?

— Кто там у тебя? — окликнул его князь. — Крыса, что ли?

— Нет. — Буян зашуршал соломой. — Ласка…

На руках у него сидел маленький темный комочек. Властимир подошел ближе. Ласка оказалась ручной. Она доверчиво давала себя погладить, принюхиваясь к рукам гусляра. Когда Властимир пощекотал у нее за ухом, она соскользнула с рук парня на пол и потерлась о Князевы сапоги.

— Одного не могу понять, — сказал Властимир, — как она сюда попала? Мы же здесь с утра! Неужели она тут все это время пряталась?

Буян присел, лаская зверька. На лице его играла самая нежная улыбка, на которую он был способен.

— Слушай ласку, князь, — молвил он, поднимая голову. — Она знает…

— Что?

— Выход… Ласка-ласочка, милая подружечка, подскажи, дорогу покажи!

Ласка еще немного потерлась о его руку, а потом подняла хвост, потянулась и направилась к дальнему углу подвала.

Властимир, хоть и давно перестал сомневаться в способностях друга, не слишком доверял тварям земным, исключая своего верного Облака. И потому он не сразу тронулся с Места, когда ласка остановилась в углу и запищала.

Буян дернул князя за руку:

— Пошли. Время дорого!

— Куда? Сквозь стену? Да даже если ход и есть — не можем же мы стать ростом с ласку?

Но гусляр не стал его убеждать.

Света узникам не полагалось, и Буян на ощупь пошел в тот угол. Проведя ладонью по стене, он почувствовал, что два камня, в щель между которыми прошмыгнул зверь, шатаются. Подошел Властимир. В темноте он правой рукой коснулся плеча Буяна, левой нажал на камень. И вдруг послышался знакомый скрежет, какой он слышал в подвалах Змея, и камни легко отвалились в стороны. На левой ладони оставалась печать цветка разрыв-травы.

Властимир отпрянул. Буян, ощупав стены открывшегося хода, шагнул вперед.

— Спасены! — шепнул гусляр. — Благодаря тебе и ласке. Пошли!

— А вдруг этот ход ведет в тупик? — усомнился Властимир, идя за ним.

— В тупик — значит, назад повернем. Или ты опять своим даром воспользуешься…

Узкий ход был так тесен, что идти пришлось боком. Первые десять шагов он вел прямо, но потом повернул и стал резко подниматься вверх. Без ступенек здесь было трудно, хорошо, помогала теснота хода — друзья упирались в стены плечами.

Шедший первым гусляр вдруг остановился.

— Пришли, — шепнул он. — Открывай выход, княже! Властимир дотянулся левой рукой до бревенчатой стены — и им в лица пахнуло ночным воздухом.

Они выбрались из Новгорода два часа спустя. Всякого, кто ночами бродит по городу без дела, могли схватить и доставить в Рюриков двор для допроса. Но Буяну и Властими-ру повезло. Они добрались до двора, где оставили лошадей. Хозяин дал им еды в дорогу и показал, как мимо сторожей выйти из города.

Но выросший здесь Буян и сам это знал. Они были снова на свободе, и одно только тревожило Буяна — он так и не успел узнать что-нибудь о матери. Где она? Жива ли? Что стало с ней после того, как сгорел их дом? Узнать об этом он уже вряд ли когда сможет.

Спеша убраться от города побыстрее и подальше, беглецы до света гнали лошадей напрямик по лесам и перелескам. Только под утро, когда лошади стали спотыкаться о корни и камни, всадники сдержали бег коней.

Не сразу решились они остановиться на отдых.