Изменить размер шрифта - +

Он снова поднял Патрицию и быстро опустил, но уже в более глубоком месте. Вода теперь доходила Патриции до плеч. Стив по-прежнему не убрал рук с ее талии.

— Нам обоим не помешает немного охладиться, — сказал он, улыбаясь, — мы перегрелись в прямом и в переносном смысле.

— Охладиться? — Патриция никак не могла успокоиться, ее колотило от нервной дрожи пополам с ознобом. — Я замерзла, а ты, Стив Эрбоу, ненормальный! Не только ненормальный, но и…

Стив воспользовался первой же образовавшейся паузой в ее гневной тираде.

— Ты умеешь плавать на спине, Патриция?

— Конечно, я умею плавать на спине! И именно этим я обычно занимаюсь среди ночи, в обуви и полностью одетая, — сердито ответила она.

— Так раздевайся, — предложил Стив. — Сейчас самое время полюбоваться звездами.

Подавая ей пример, он снял с себя рубашку.

— Что ты предлагаешь мне?.. — начала было Патриция ледяным тоном.

— Просто слиться с природой, — объяснил Стив, не без труда стаскивая под водой брюки. — Превосходно! Чем дольше ты находишься в воде, тем теплее она кажется, — разглагольствовал он, уже лежа на спине. — Смотри-ка, звезда упала!

Патриция, сама не понимая почему, ощутила вдруг непреодолимое желание слиться с природой. Она избавилась от одежды и от обуви, и чувство свободы, как физической, так и душевной, пришло практически мгновенно. Патриция набрала полную грудь воздуха и нырнула. Вынырнув, она раскинула руки и поплыла на спине.

По темной поверхности воды бежала лунная дорожка. Вокруг стояла тишина, нарушаемая ритмичным звуком разбивающихся о рифы волн. Млечный путь казался серебряным мазком на фоне черного неба, при желании до него можно было дотянуться рукой.

— Неплохо, правда? — Голос Стива был вполне дружелюбным.

— И все равно, я считаю, что ты ненормальный. — Патриция не торопилась с ответом. — Я тебе не прощаю ничего, но… звезды чудесны.

Стив мягко рассмеялся.

— На самом деле, Патриция, сегодня вечером ты совершила невозможное.

— Так почему же?..

— Давай выходить. Выпьем по рюмочке, и я расскажу тебе почему.

На берег они вышли вместе. Стив взял Патрицию за руку.

— Давай пробежимся, — предложил он, — до твоего бунгало.

— Так-так. А какими еще видами спорта мы займемся сегодня вечером? — Патриция снова не скрывала иронии.

— Я не имел в виду ничего неприличного, — успокоил ее Стив, — просто нам надо согреться.

Патриция колебалась, но вскоре сообразила, что стоит посреди пляжа в одном нижнем белье, а взгляд Стива устремляется поочередно то на кружевной лифчик, то на треугольник трусиков, эффектно облепивших ее красивую фигуру.

— Хорошо, — поспешно сказала Патриция, — но больше спортом я сегодня не занимаюсь.

Стив кивнул, и парочка ночных купальщиков устремилась к бунгало.

 

За двадцать минут Патриция успела принять душ и сушила волосы, завернувшись в махровое полотенце небесно-голубого цвета. Стив успел забежать в свое бунгало и переодеться: на нем была старая трикотажная футболка и шорты. Причесываться он не стал — в лучшем случае воспользовался вместо расчески пятерней.

Стив пришел в гости не с пустыми руками — он принес кофе по-ирландски, украшенный сверху сливками, посыпанными шоколадом.

Патриция удивленно приподняла брови, но, не произнеся ни слова, уселась на край кровати. Единственным местом, куда мог сесть гость, остался стул. Верный неистребимому желанию везде и все переделать по-своему, Стив Эрбоу, прежде чем усесться, зажег масляную лампу, которой Патриция еще ни разу не пользовалась, и выключил яркий верхний свет.

Быстрый переход