– Извините, мистер Коннер, но вы сегодня играли безрассудно.

– Знаю. С тех пор как Элси умерла, я сам не свой. Я прибыл в Шайенн, поднакопив денег. Построил дом и открыл магазин. Должно быть, я никудышный бизнесмен, и торговля быстро сошла на нет. Я стал работать в банке. Труд клерка не приносит больших доходов, и до сегодняшнего дня я редко играл, но после смерти жены что то во мне сломалось. Все мои мечты умерли вместе с Элси. Но когда вы поймали Фиска на мошенничестве, у меня мозги встали на место. Я вдруг сообразил, какой же я глупец. Мне нужны деньги, чтобы уехать в Филадельфию и похоронить Элси.

– Надолго вы уезжаете, мистер Коннер?

– Не знаю. Возможно, я совсем не вернусь. У меня брат в Филадельфии. У него магазин скобяных товаров, и для меня там есть работа. Может быть, соглашусь.

Глаза Джесса вспыхнули.

– Вы согласны сдать мне дом, окажем, на полгода? Коннер заморгал.

– Думаю, что да.

– Когда можно посмотреть дом? Если он мне подойдет, я весьма заинтересован в аренде.

Они вышли.

– Это недалеко, – сказал Коннер., – Мы можем пройти пешком, но если хотите, возьмите свою лошадь.

Джесс отвязал жеребца и повел его под уздцы. Коннер и Джесс миновали банк, торговое заведение, офис шерифа, два салуна, парикмахерскую, бакалейную лавку, кузницу, баню и редакции двух местных ежедневных газет.

– Все это построено с тех пор, как в 1867 году здесь появились первые палатки поселенцев. Я прибыл сюда одним из первых. Мы с Элси тоже жили в палатке, пока не были закончены наш дом и магазин. Вскоре в городе было уже четыре тысячи жителей, неподалеку расположились войска, чтобы охранять железнодорожных рабочих. Несмотря на все это, Шайенн до сих пор остается городом без законов. Большинство жителей считают, что закон – это палка в колесах.

– В городе есть врач?

– Есть, но никудышный, – выпалил Коннер, удивив Джесса внезапной яростью. – Он вечно пьян. Был бы он стоящим лекарем, может, моя Элси была бы сейчас жива. Именно поэтому я предлагаю вам свой дом. Вы кажетесь мне ответственным молодым человеком, которому можно доверить человеческую жизнь.

Коннер остановился перед небольшим аккуратным коттеджем, расположенным в конце делового района.

Джесс окинул дом критическим взглядом и улыбнулся. Он стоял посреди большого участка, обнесенного изгородью. Джесс распахнул ворота, отметив про себя, что петли не мешало бы смазать. Коннер вытащил из кармана ключи и отпер дверь.

– Идите прямо, доктор. Я зажгу лампу.

Джесс шагнул внутрь. Коннер чиркнул спичкой и провел Джесса через большую гостиную, которая вполне могла бы служить приемной. Дальше шла меньшая комната, позади нее – кухня. Коннер открыл дверь в кладовую, и Джесс с удовольствием заметил полный комплект кухонной утвари и посуды. У стены красовалась блестящая черная плита.

– Плита была гордостью Элси, – с тоской произнес Коннер. – Я не стал здесь ничего трогать. Хотите посмотреть, что наверху?

Джесс кивнул и вслед за Коннером поднялся на второй этаж. Ничего особенного там не было. Две большие спальни с обычным набором мебели, яркие стеганые одеяла на кроватях, на окнах качались веселые занавески. Все сияло чистотой.

– Одна из подруг жены пришла убраться, после того как Элси… – Голос Коннера сорвался. – Во дворе собственный колодец. Есть даже специальный навес для лошади. Ну как, док? – спросил Коннер, спускаясь по лестнице. – Подходит?

– Прекрасно, – ответил Джесс. Радость распирала его. – Внизу можно сделать приемную и кабинет. Одну из спален наверху стоит отвести для тяжелых больных. Действительно, ваш дом мне чрезвычайно подходит. Сколько вы хотите за аренду?

Коннер задумался.