– Неделю я готов подождать, но не больше, – согласился Джесс, поднимаясь с постели.

Мэг наблюдала с жадным обожанием, как Джесс, взяв кувшин и склонившись над тазом, плескал себе воду на лицо и обнаженную грудь. Мускулы перекатывались на его плечах и груди, крепкие ягодицы были напряжены, длинные сильные ноги чуть расставлены, весь его облик дышал силой и жизнелюбием. Она сделает все, чтобы уберечь его от тюрьмы.

Джесс быстро оделся и вернулся к постели.

– Лежи, я принесу чистой воды и свежее полотенце. Когда умоешься, собери вещи. Мы сейчас же отправляемся в город.

Мэг не пыталась переубедить его. Оставаться здесь одной, сейчас, когда Эрол знает, где ее найти, было опасно. Но она сделает как сказала. Она не выйдет замуж за Джесса, пока не будут уничтожены улики против него. Они с Джессом не смогут жить спокойно, пока сохраняется угроза его свободе.

К сожалению, был еще и Скалли, которого не следовало сбрасывать со счетов. Может быть, им удастся придумать, как избавиться от него.

Эрол Скалли с интересом наблюдал, как Джесс и Мэг, покинув дом, направились в сторону города. Он следовал за ними на достаточном расстоянии, которое позволяло ему оставаться незамеченным и вместе с тем следить за их передвижением. Он видел, как они подъехали к дому Джесса и вместе вошли туда. Он не упустил из виду и то, что Джесс нес саквояж Мэг. Ярость обуяла Эрола. Мэг – его собственность. Только его. Он был ее первым мужчиной и должен остаться последним. Маленький клочок бумаги, касающийся расторжения брака, не значил для него ровным счетом ничего. Он уже прикидывал, как бы нажиться на ее расцветшей красоте и женской привлекательности. Черт побери, думал Эрол, сейчас она куда более соблазнительна, чем та невинная шестнадцатилетняя девчонка, какой он знал ее когда то.

– Ты очень проголодался? – спросила Мэг после того, как распаковала свои вещи и вошла в кухню, чтобы приготовить что нибудь для Джесса. – В буфете хоть шаром покати…

– Я обычно не ем дома, – виновато объяснил Джесс.

– Наверное, не все твои пациенты платят наличными, да? И что же ты делаешь, когда вместо денег тебе предлагают продукты, например, курицу или индейку?

Джесс покраснел.

– Я раздаю их бедным пациентам.

Ее любовь к нему возрастала с каждой минутой.

– Ты хороший человек, Джесс Гентри. Джесс сел и посадил ее к себе на колени.

– Ты уверена? Но я могу быть и нехорошим. Хочешь, покажу?

Мэг зарделась и вскочила в притворном негодовании.

– Не сейчас, мне кажется, кто то звонит… К тебе посетитель, а я пойду в лавку за продуктами.

– Пока я занят, – сказал Джесс, – загляни к шерифу и забери свое вознаграждение. Он просил передать тебе, что деньги пришли.

Джесс вышел в холл встретить посетителя, а Мэг надела свою широкополую мужскую шляпу, собираясь отправиться за покупками. Никаких капоров, дамских шляпок или чепчиков она не признавала. Горожанам придется привыкнуть к ее манере носить мужскую шляпу. Чем то она готова поступиться ради общественного мнения, но далеко не всем. Ну так и быть, сегодня она наденет платье.

Стоило Мэг появиться на улице, как все стали смотреть в ее сторону. Колкие замечания и презрительные взгляды сопровождали ее, пока она шла к продуктовой лавочке. Все это было ей не внове, но ее все равно терзала обида. Жители Шайенна не могли простить ей неженскую профессию. К тому же она жила с мужчиной не венчанной, что глубоко оскорбляло порядочных обывателей.

Мэг так глубоко задумалась, что не услышала, как Эрол Скалли подошел к ней.

– Ты взбудоражила весь город, – усмехнулся Эрол. Мэг вздрогнула и хмуро посмотрела на него:

– Эрол, ты испугал меня. Я не слышала, как ты подошел.