– Быстро учишься.

Его глаза скользнули по фургону, схватывая все детали. Он двигался плавно, почти неторопливо. Ни одного лишнего жеста. Взгляд Уиндзора снова остановился на пленнике. На том, который еще дышал.

– Говори! – велел он.

– Я ничего не знаю.

– Неправильный ответ, – заметил Уиндзор бесстрастным тоном, который пугал больше, чем любой крик. – Если ты ничего не знаешь, значит, ты бесполезен; с бесполезными людьми я поступаю так, как с ним. – Он небрежно кивнул на лежавший под ногами труп.

Бандит поднял руки над головой. Его лицо посерело, глаза выкатились из орбит.

– Нет, постой! Это никакой не секрет. Твой приятель слышал его имя. Барон. Так его зовут. Но все называют его Костолом.

– Костолом работает на Среднем Западе, – возразил Уиндзор. – Кто пригласил его сюда?

– Не знаю. Честное слово!

Уиндзор шагнул ближе:

– Боюсь, ты все-таки бесполезен.

– Это правда, я бы сказал, если б знал. Костолом прилетел вчера вечером. Больше мне ничего не известно.

– Зачем?

– Дело как-то связано с Грегом Даунингом. Клянусь, это все, что я слышал.

– Сколько должен Даунинг?

– Не знаю.

Локвуд приблизился вплотную и уперся дулом между глаз мужчины.

– С такого расстояния я обычно не промахиваюсь.

Бандит упал на колени.

– Пожалуйста! – взмолился преступник, чуть не плача. – Я больше ничего не знаю. – Его глаза наполнились слезами. – Богом клянусь, не знаю.

– Я тебе верю.

– Уиндзор, – подал голос Майрон.

Локвуд не спускал глаз с бандита.

– Расслабься, – отозвался он. – Я лишь хотел убедиться, что наш друг выложил все начистоту. Признание облегчает душу, верно?

Мужчина торопливо кивнул.

– Ты все сказал?

– Да.

– Уверен?

Уиндзор опустил оружие.

– Убирайся! – бросил он. – Быстро.

Ему не пришлось повторять дважды.

Глава 18

Уиндзор взглянул на мертвое тело так, точно перед ним был мешок с углем.

– Нам лучше убраться.

Майрон сунул руку в карман брюк и вытащил мобильник. Это был довольно старый фокус. Майрон позвонил Уиндзору и не выключил связь. Линия осталась открытой; Локвуд слышал все, что происходило в фургоне. Работало не хуже «жучка» или «уоки-токи».

Они вышли в ночной холод. Машина стояла на Вашингтон-стрит. Днем здесь постоянно носились грузовики, но ночью было тихо и пустынно. Утром кого-то ждал неприятный сюрприз.

Локвуд обычно ездил на «ягуаре», но в фургон он врезался на «шевроле-нова» восемьдесят третьего года. Автомобиль разлетелся вдребезги. Ну и что? Уиндзор держал несколько машин специально для ведения слежки и других полулегальных действий. Все с липовыми документами и номерами. Полиция не могла проследить их. Они гонялись за призраками.

Майрон посмотрел на приятеля:

– Человек твоего положения – и в «шевроле-нова»? – Он поцокал языком.

– Знаю, знаю, – усмехнулся Локвуд. – От этого сиденья у меня зуд по телу.

– А если бы тебя увидел кто-нибудь из клуба…

Уиндзора передернуло.

– Я даже думать об этом не хочу.

У Майрона все еще подгибались и дрожали ноги. Даже когда Костолом положил руку на его колено, он знал, что Уиндзор найдет способ его вытащить. Но при мысли, что пять минут назад он мог превратиться в инвалида, по его бедрам и икрам бегали мурашки.