Loading...
Изменить размер шрифта - +
Телевидение отеля имело систему «телетекст», и, отвергнув несколько дефиниций, я нашел ту, что подходила. «Бомбером» называлась обычная машина, ничем дополнительно не укрепленная, кроме защитных дуг, идущих от днища к крыше. Все стекло с нее снималось. Она таранила другие автомобили, лишая их подвижности. Эти машины передвигались в основном задним ходом, чтобы уберечь свой собственный радиатор и мотор. Применялись они в состязаниях на уничтожение. Победителем среди «бомберов» становился автомобиль, способный еще двигаться самостоятельно.

Теперь возник вопрос: будут ли допущены к участию в гонках одни «бомберы» или стандартные негоночные машины тоже? Комиссия решила его, включив те и другие. Это было разумное решение. Публика линчевала бы членов комиссии, прими они решение, исключающее участие машины Вундеркинда. Строго говоря, она была не «бомбером», а обычной машиной с форсированным двигателем.

Фальшивого Вундеркинда, дублера Хеллера, часто можно было видеть в ток-шоу и в новостях. Он вел себя очень задиристо по отношению к нефтяным компаниям, хвастал своим дешевым горючим и в общем-то строил из себя дурака.

Затем, начиная с той же самой среды и на протяжении всего четверга, стали объявлять и других гонщиков. Это были самые крутые, самые жестокие водители «бомберов», когда-либо появлявшиеся на треках. Объявили восемнадцать стартующих машин, и список их походил на фильм ужасов: «Долбач», «Авария», «Киллер», «Морг», за которыми следовали фамилии водителей, что казалось в порядке вещей. Среди этой толпы убийц «Кувалда» Мелоун, похоже, являлся звездой. Его машина стала надгробным памятником всем убитым им водителям.

В телевизионном ток-шоу «Живая Америка» фальшивый Вундеркинд и «Кувалда» Мелоун столкнулись лбами. Они заорали друг на друга, затем вцепились друг другу в глотки, после чего камеры перевернулись, и конца этому зрелищу видно не было. На следующее утро фиктивного Вундеркинда в его красном костюме автогонщика специально несколько раз показали телезрителям, дабы миллионы его поклонников убедились, что он жив и здоров и Мелоуну и нефтяным компаниям на гонках не поздоровится.

Все это мало касалось Хеллера, и он просто продолжал работать. Мне показалось, что он пользуется своим номером в «Ласковых пальмах» как рабочим кабинетом, но я не мог разобраться в его замыслах: начались постоянные помехи в аппаратуре, так как члены ООН собрались на новую сессию. Хеллер перестал появляться в фойе, и у меня сложилось впечатление, что он залег на дно.

Снег и снова снег. В пятницу еще одна схватка синоптиков. Будет ли ясно или пойдет снег в субботу, в десять часов утра, когда начнутся автогонки? По этому поводу заключались пари. Но по каким поводам они только не заключались! Трудно было понять, в чем же будет состоять победа, и, поскольку многие передрались в попытке решить этот вопрос, комиссия организаторов автогонки объявила в экстренном бюллетене программы, что победившая машина должна оказаться в состоянии двигаться самостоятельно и пройти тысячу кругов. Ни одна машина не могла бы пройти тысячу кругов без четырех или пятикратной дозаправки. Если Вундеркинду это удастся, то именно таким путем он станет победителем автогонки, остальные же машины имеют право на любое количество дозаправок.

Это вызвало протесты, но фиктивный Вундеркинд выдвинул боксерскую челюсть, оскалил торчащие зубы и сказал, что его это вполне устраивает. Он знает, что нефтяные компании постараются повлиять на предстоящую гонку, но он еще держит их удары.

В ту же пятницу вечером президент сделал заявление, в котором проинформировал весь мир, что Америка не может проиграть, пока у нее есть надежная молодежь с таким складом характера, как у Вундеркинда.

После этого заявления, зная, что в субботу на рассвете на дорогах будут заторы, я потихоньку выскользнул из дому и сел в свой фургон.

Быстрый переход