– А где ящик номер пять? – спросил он.

Прежде чем я успел ответить, он побежал назад, к кораблю и снова спустился в трюм. Вылез. Открыл еще одни двери в задней части корабля и проверил там. И еще раз все запер.

– Нет одного ящика, – резюмировал Хеллер.

Стэбб пожал плечами.

– Я в том трюме не был ни разу, – сказал он.

Хеллер проверил передние каюты и хранилища, после чего вернулся в придорожную харчевню. Он еще раз пересчитал ящики, проверил их номера и сделал мне знак, чтобы я следовал за ним. Меня тут же охватила тревога. Хотя я носил при себе бластер, кольт «кобра» в кобуре на лодыжке и нож от «службы ножа» сзади на шее, а он явно был безоружным, я чувствовал себя неспокойно. Я обернулся. Капитан Стэбб стоял у двери в харчевню. Он мне подмигнул.Я пошел за Хеллером.

У него на кухне топилась печь. Было холодновато этим вечером. На прибранной кухне стояли стол и пара стульев. Хеллер,уселся в дальнем конце стола. Сел и я, но не снимал руки с 800-киловольтного бластера в кармане.

Глава 6

Хеллер достал из кармана какие-то бумаги, записную книжку и ручку. Он стал просматривать бумаги: похоже, это были старые фактуры. Никакого письма я не заметил.

Я огляделся. Полная чистота на кухне. Топится старенькая железная плита и, судя по тому, как в ней изредка потрескивает, и по струйкам едкого дыма, топится дровами.

Кухня освещалась висячей керосиновой лампой. Вероятно, электричество включено не было. Свет ее трепетал на старых стеклянных кружках, стоящих на полке. На стене висел календарь – 1932 года! Изображение лося крупным планом и слова: «Хартфордская компания страхования жизни».

При других обстоятельствах я, возможно, очень бы заинтересовался этим местом. Но меня связывала необходимость завладеть тем самым письмом! Если мне повезет, Хеллер через несколько минут будет покойником, а мы полетим отсюда прочь на своем корабле.

Он просматривал фактуры и что-то писал на листе бумаги. Видя его таким спокойным, я почему-то страшно нервничал. Мне казалось, что он восстанавливает список вещей в пропавшем ящике.

Он молчал, поэтому мне что-то подсказывало, что говорить должен я. Может, мне удастся окрутить его и выудить у него это письмо. Может, он молчит, потому что подозревает меня в исчезновении ящика?

– Я никогда не видел этих ящиков, – начал я. – Я даже не знал, что они в трюме. Если помните, тогда меня не было на борту буксира.

Он вновь сверился с фактурными листами.

– Хотя припоминаю, – продолжал я, – что видел одна жды, как грузовик Флота отъезжал от буксира с ящиком. Я тогда еще спросил часового, почему его увозят. Он сказал, что не знает.

Хеллер не вымолвил ни слова, только все делал какие-то подсчеты. Мне хотелось только одного: чтобы он отдал мне то письмо.

– Я отправил другое письмо на Волтар с первым грузовым судном. Оно шло два или три дня после того, как вы его дали мне

Он пытался найти на фактуре какой-то товар, мне же хотелось, чтобы он заговорил.

– Я знаю, как важно то, что я посылаю ваши письма капитану Тарсу Роуку. Ведь он отчитывается перед императором и Великим Советом. Если они не получат от вас известий, то сразу же нагрянут с флотилией, я знаю. Они отвечают за сохранность планеты. Она в очень плохом состоянии, я это вижу. Поэтому во мне не сомневайтесь ни на секунду – я не подведу. Я знаю, что нас обоих убьют, если они нагрянут. Так

что это и в моих интересах. Я обязательно позабочусь, чтобы письма шли по адресу.

Хеллер погрузился в свои цифры. Никакого письма не было и в помине. Может, его расстроил тот телефонный разговор?

– Извините, что пришлось прервать вас по телефону. Понимаете, Национальное агентство безопасности прослушивает все дальние переговоры.