— Патовая ситуация, — хмыкнул мужчина, легонько коснувшись губами моих губ, как будто прося помолчать, глядя на меня тепло и удивительно серьёзно. — Не бойся, я ведь с тобой. И буду с тобой. И никуда ты от меня не денешься, даже если захочешь, потому что не пущу. Я на службе только и думаю, когда доберусь домой и тебя увижу! Потому и хотелось сегодня украсть тебя пораньше, что скучал.

— А я думала, потому что в выкупе участвовать не хотелось, — иронично улыбнулась я.

— Это тоже; но можно было просто превратить всё это в фарс и весело провести время, — тоже улыбнувшись, он пожал плечами и, прижавшись лбом к моему лбу, тихо с расстановкой проговорил. — Я люблю тебя. Очень люблю. Никогда не верил, что так бывает, а вот поди ты, узнал на практике: бывает, ещё как. Чёрт, я готов с тобой всерьёз разговаривать о чувствах; по-моему, тут уже никаких доказательств больше не надо, это клинический случай! — тихо засмеялся он. Потом вздохнул и коснулся губами моей щеки. — На этот-то раз ты, надеюсь, не от отчаянья и неверия рыдаешь?

— Нет, на этот — от счастья, — я смущённо шмыгнула носом. — У вас вообще свадебные традиции способствуют.

— Свадебные традиции способствуют этому только в пересказе моей мамы, — ворчливо возразил мужчина. — А на практике они пробуждают все самые кровожадные инстинкты, — хмыкнул он. — Согласись, так ведь гораздо лучше! А то сидела бы там одна в комнате, и всякие глупости слушала. Оно тебе надо?

— Не надо, так действительно гораздо лучше, — решительно тряхнула головой я и прекратила разговор самым логичным и правильным способом: поцелуем.

Семён Зуев.

Операция «похищение невесты» прошла блестяще, можно было смело себя поздравить. И заодно основательно проставиться перед наиболее пострадавшей в этой эпопее стороной: Джу, самоотверженно изображавшим клоуна, и Антоном.

Правда, с последним было не всё ясно. Он, конечно, крут, но у Инга мотивация существенно выше, а такие вещи порой творят чудеса. Могло статься, что героя придётся благодарить в госпитале, а туда алкоголь нельзя. Впрочем, существенных травм я всерьёз не ожидал при любом раскладе ни у одного, ни у другого. Оба ребята здравомыслящие, оба профессионалы; так, разомнутся чуть-чуть.

А ещё, конечно, надо было сказать большое спасибо кузену Юхана, на чьём транспортном средстве Рури была уворована. Вчера присутствовавшие при планировании операции единогласно (при одном воздержавшемся: меня в тот момент уже не спрашивали) постановили, что красть женщину на обычном гравилёте некрасиво, а нужно это делать непременно на аэробайке, который гораздо ближе к образу верного вороного коня.

Хорошо, они не догадались привести живую лошадь; а то событие запомнилось бы, конечно, на всю жизнь, но потом нам всем троим пришлось бы долго лечиться. Мне и невесте — от физических повреждений разной степени тяжести, животному — от психологической травмы. Правда, боюсь, остановила моих друзей не эта перспектива, а расстояние от дома до места проведения церемонии в три сотни километров.

Время до прибытия остальной делегации мы провели с удовольствием, и я ни на секунду не пожалел о предпринятых манёврах. Крепко обнимать и увлечённо целовать собственную невесту было гораздо приятней, чем развлекать гостей. Даже если там должно было быть ужасно весело, а здесь мы просто тихо болтали о какой-то ерунде.

Поскольку я сознательно припарковался немного в стороне от регистрационного центра, заметить нас было несложно. Так что когда небольшая стайка из трёх машин начала снижаться почти нам на головы, я не сомневался: это свои. Рури почему-то отчаянно вцепилась в меня обеими руками, и я на всякий случай прижал её покрепче.