— Я знаю, — удивительно спокойно проговорил он, продолжая обнимать меня и не отрываясь от моей шеи. — Сложно удержаться сейчас. Ты удивительная. Красивая, сильная, решительная, храбрая. Я, кажется, впервые в жизни по-настоящему влюбился, — огорошил меня землянин. — А ещё ты потрясающе пахнешь, — прошептал он, уткнувшись носом в ложбинку за ухом и с шумом втянув воздух.

— Барсик, может быть, всё это немного подождёт? — предприняла я ещё одну попытку достучаться до рассудка мужчины. Впрочем, если он начал бредить, шансов на это было немного. А иначе как бредом объяснить его внезапные признания я не могла; или, может, просто боялась.

— Да. Прости, — выдохнул он через пару секунд и отстранился, с явной неохотой выпуская меня из объятий. А я, стараясь не смотреть в его сторону, поспешила поднять с пола маску и восстановить целостность маскировки.

В голове царили сумбур и сумятица, а нужно было сосредоточиться и всё-таки найти этого проклятого рыжика. Угораздило же меня связаться с этим землянином!

Как ни странно, мои судорожные бессистемные метания, — сосредоточиться на деле всё никак не получалось, — принесли плоды, потому что искомый человек нашёлся очень быстро.

— Кикку мне в задницу! — раздражённо рявкнула я и, не сдержавшись, саданула кулаком по столу.

— Что, его уже опять куда-то продали? — с не вполне отвечающей ситуации радостью поинтересовался Барсик.

— К счастью, всё не так плохо. Он просто в карцере, и я не думаю, что он там в хорошем состоянии.

— Ничего страшного, я донесу, — мужчина просто лучился оптимизмом, и мне отчаянно захотелось его ударить, чем больнее — тем лучше. Я с ним точно окончательно рехнусь! И в тюрьму попрошусь сама, чтобы только больше его не видеть. Слишком уж часто он ломает все мои представления об окружающем мире; вряд ли такое может привести к чему-то хорошему.

— Не сомневаюсь, — проворчала я.

— Что это? — полюбопытствовал Барс, когда я извлекла из кармана небольшую прямоугольную коробочку с ладонь размером.

— Взрывчатка, — буркнула я, настраивая таймер. — Пусть развлекаются. Пойдём. План помнишь? Соберись, пожалуйста, и сосредоточься, — попросила я. Причём неизвестно, кому из нас этот призыв был адресован в большей мере.

Взрыв в ночной тишине прогремел особенно оглушительно, кажется, докатившись до моря. Звучно получилось, ярко; у меня даже настроение поднялось. Особенно при виде паники, воцарившейся после него на территории. До барака, в подвале которого находился карцер, мы добрались без проблем, а вот там уже пришлось продираться с боем.

Впрочем, невидимому в маскировке Барсу присутствующие ничего толком противопоставить не могли.

— Вот чёрт, — пробормотал землянин, первым входя в камеру. Я заглянула через его плечо и добавила пару ругательств от себя.

— Да, пожалуй, запихивать его в комбинезон не стоит. Ладно, тогда будем прорываться так. Если железные действовали по тому же сценарию, что и у Чуна, местный хозяин отправился в иной мир, а с учётом краха системы безопасности, организуются они ещё очень нескоро, — сообщила я, протискиваясь к лежащему ничком рыжему, чтобы оценить, он вообще жив, или можно не напрягаться.

Приятель Барсика оказался везучим засранцем: он действительно был жив. Хорошенько избит, с располосованной странными ожогами спиной, но — жив. А когда я коснулась его шеи, даже дёрнулся, застонал и предпринял попытку подняться. Интересно, чем же и за что его так отделали?

— Иди, устанавливай контакт, а то он ещё сопротивляться начнёт, — сообщила я своему спутнику, стягивая маску.