— В котором часу вы прибыли сюда? — спросила она.

Искра гордости блеснула в глазах молодого полицейского, он торопливо вытащил из кармана записную книжку.

— Я все запротоколировал буквально по минутам, — пояснил он. — Время моего прибытия, прибытия шерифа, коронера… вот, все здесь. Я сразу же организовал периметр. И отметил то, что обнаружил на месте преступления.

Аннабель мысленно поздравила себя, обычно полицейские, хотя они и обязаны делать записи, стараются закончить побыстрее и изображают сцену преступления крайне халтурно. В большинстве случаев они стремятся поскорее увезти тело. Однако, несмотря на свой порыв, Гарри Дубски исполнил свои обязанности только наполовину. Периметр оказался немаленьким, и Гарри надо было бы запретить любому, кто не имел непосредственного отношения к следствию, проникать внутрь. Типичная проблема небольших городов — убийства здесь случаются редко, и все копы собираются поглазеть, нарушая своим присутствием первозданность сцены преступления.

— Каким методом вы пользовались, исследуя место? — спросила Аннабель. — «Колесом» или «решеткой»? Второй более подходит к большому пространству.

— Ну, я просто осмотрел окрестности с помощью фонаря…

Аннабель представила себе всех полицейских, топчущихся поблизости почти три часа подряд, и поняла, что эффективность их работы сводится к нулю. Следы, окурки и другие вещдоки просто невозможно теперь обнаружить.

Она снова повернулась к телу. На сей раз Аннабель сконцентрировалась на деталях, пытаясь, насколько это было возможно, не думать о жертве. Детектив сразу заметила, что снег под телом убитой расчищен и на земле мелом обозначен силуэт жертвы. «Фея с мелком», — прошептала она. Именно так говорят в полиции в тех случаях, когда все сомневаются, кто же нарисовал подобный контур. Их часто наносят в местах убийств — какой-нибудь аккуратный коп вспоминает избитый ход, встречающийся почти во всех детективных фильмах.

— Кто это сделал? — спросила Аннабель, показывая на следы мела.

— Я, а почему бы…

— Это заблуждение. Вы сфотографировали тело?

— Да, со всех точек.

— Следы мела на фотографиях видны?

Дубски обеспокоенно кивнул.

— Черт. На суде защита могла бы сказать, что фотографии не отражают точное положение вещей, поскольку полиция оставила метки, и, значит, снимки неприемлемы для использования.

Теперь Дубски переминался с ноги на ногу.

— Силуэт рисуют только в самых крайних случаях, когда необходимо забрать тело до осмотра места преступления, — продолжала Аннабель. — И особенно важно сделать фотографии до того, как начинаешь обводить.

— Не знал.

Детектив пропустила ответ мимо ушей, подняла голову и стала оглядывать окрестности. Потом сделала знак Гарри Дубски подойти.

— Вы начали опрос людей, живущих по соседству?

Он отрицательно покачал головой, не решаясь больше отвечать.

— Тогда начните с этого дома, где горит свет.

— Почему с него?

— Только он один находится возле места преступления, и, может быть, кто-нибудь из жильцов что-то видел; не пренебрегайте ничем.

Дубски поджал губы, казалось, он очень переживает из-за своих ошибок. Он пошел было прочь, но Аннабель снова подозвала его:

— Гарри, вы действовали правильно, вам немного не хватает знаний; найдите хороший учебник, в котором рассказывается, как следует осматривать место преступления, и вы станете безупречным копом.