– Истинная аристократичность? – переспросила Белл. – Разве ее отец не был викарием, а первый муж – сквайром?

Фэнси уловила сарказм в голосе сестры. Негодяй не смог лишить ее силы духа и гордости.

– Это не имеет никакого значения.

– Моя мать была графиней, – сказала Белл, – а отец – герцог. Вы отказываете нашей семье в знатности?

– Ваши родители не были женаты, – заявил барон с ноткой неприязни в голосе. – Вы внебрачный ребенок, поэтому брак с вами, к сожалению, неприемлем для меня.

– Ах ты, мерзкая свинья! – Степан шагнул было к двери, но Фэнси загородила ему дорогу. – Отойдите, я его сейчас убью!

– Месть не то блюдо, которое подают с пылу с жару, ваша светлость.

– Уходите прочь. – В голосе ее сестры слышалась мучительная боль.

– Я хотел сказать… мне нужно время, чтобы убедить мою мать, доказать, что наш с вами союз может быть очень выгодным…

– У вас теперь будет много времени, Каспер. А обо мне можете забыть.

Не сговариваясь, Фэнси и Степан поспешно вышли в холл. Остановившись возле двери, они сделали вид, что заняты беседой.

В холл вышел барон Уингейт с пылающим лицом.

– Я бы хотел уйти.

Степан открыл дверь и показал барону, что никто его не удерживает. Уингейт шагнул наружу, но князь не сдвинулся с места.

– Ваша светлость, я очень расстроен и хотел бы поехать домой, – сказал Уингейт.

– Я не развожу по домам тех, кто менее знатен, – отрезал Степан и захлопнул дверь перед носом у барона.

Фэнси кинулась ему на шею.

– Вы были великолепны!

– Merci, мадемуазель.

И тут они услышали душераздирающие рыдания Белл. Фэнси резко повернулась, собираясь бежать к сестре, но Степан оказался быстрее, обнял ее за талию и привлек к себе. Фэнси начала вырываться.

– Отпустите меня!

– Дайте ей спокойно погоревать, – посоветовал князь. – Сейчас вы ее ничем не утешите, а вот когда слез не останется, она сможет выслушать и вас.

Фэнси открыла рот, собираясь спорить.

– Как насчет того, чтобы поупражняться в стрельбе из рогатки?

Она покачала головой:

– Настроения нет.

– Я позволю вам сбить яблоко с собственной головы.

– Правда? – Это явно вызвало интерес.

– Шутка. – Степан улыбнулся, увидев разочарованное лицо девушки. – Меня ждут братья. – Он легонько поцеловал Фэнси и вышел за дверь.

Девушка была благодарна князю за то, что он поддержал их в такое тяжелое время. Но лучше бы он ее не целовал. По крайней мере без разрешения.

Она слышала, как плачет в гостиной сестра, но решила, что князь был прав. Белл имеет право погоревать спокойно.

Чуть позже Степан поднялся по лестнице в кабинет герцога Инверари на втором этаже. Он постучал в дверь и вошел, не дожидаясь разрешения. Четверо мужчин, сидевших за столом, от удивления разинули рты. Князь усмехнулся, глядя на герцога Инверари и трех своих старших братьев.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Рудольф – он первым обрел дар речи, оправившись от изумления.

Степан удобно устроился в просторном кожаном кресле.

– Пришел на ваше деловое собрание.

– Зачем? – осторожно поинтересовался Виктор.

– У тебя неприятности? – уточнил Михаил.