— Ви, прости меня, — начал он, но вдруг застыдился и почти силой всунул коробочку в ее руки.

— Что это? Кольцо? — изумилась Вивьен. — Тот бриллиант в четыре карата, который поразил мое воображение у «Адлера»? Ты его купил?

— Ну не украл же! Я из-за него и задержался тогда в ювелирном магазине. Хотел сделать тебе сюрприз…

— Ненавижу сюрпризы! Не хочу больше никаких неожиданностей! — в сердцах воскликнула Вивьен и сконфузилась.

— Ви, я прошу тебя стать моей женой.

— Да-а? — протянула Вивьен. — Ты забыл сказать еще что-то очень важное.

— Предлагаю тебе руку и сердце! — торжественно добавил Саймон.

— И всего-то? Больше ничего не хочешь добавить?

Саймон стушевался. Что еще говорят в таких случаях? — мучительно пытался вспомнить он, но предложение руки и сердца делал впервые и не знал, чего еще добавить.

— Но… — промямлил Саймон.

Вивьен напустила на себя надменный вид. Она оскорбленно отвернулась от Саймона.

Неожиданно раздался тихий смех. Туристы-англичане с большим любопытством наблюдали за развитием событий. Знаменитые развалины Древнего Рима привлекали их значительно меньше, чем желание узнать финал любовной истории.

А еще говорят, что англичане равнодушные люди! Дескать, сами своих чувств не выражают и в чужие дела не лезут, зло подумал о соотечественниках Вивьен Саймон.

— Эй, малый, скажи, что любишь! — громко крикнул какой-то подросток из толпы.

— Ви, я люблю тебя! — послушно произнес Саймон.

— А без подсказки сам догадаться не мог? — Вивьен была неумолима.

— Хорошо, Ви. Если я тебе не подхожу, по крайней мере теперь я знаю, что скажу другой…

— Кому это? — насторожилась Вивьен.

— Другой! Будто бы не понимаешь. Если ты мне откажешь, я вынужден буду просить руки у другой женщины. Я хочу жениться!

— Тогда становись на колени и повторяй за мной: Вивьен, я люблю тебя и прошу стать моей женой.

Саймон встал на колени и торжественно произнес:

— Я люблю тебя, Вивьен. Люблю больше всех на свете. А если ты не согласишься, заколю себя. — Саймон сделал большие глаза и добавил: — Кинжалом!

Толпа зааплодировала.

— Соглашайся! Не выпендривайся! — снова громко выкрикнул смышленый тинейджер.

Вивьен покраснела.

— Ладно, я согласна…

— Нет, Ви, так дело не пойдет, — вошел в роль Саймон. — Ты обязана сказать, что любишь меня. Теперь ты повторяй за мной: Саймон, я люблю тебя…

— Саймон, я люблю тебя! — громко заявила Вивьен и, не дожидаясь дальнейших слов Саймона, быстро добавила: — И согласна стать твоей обожаемой женушкой!

Саймон надел на палец Вивьен кольцо.

— Поцелуй! — завопил тинейджер.

Толпа охотно к нему присоединилась.

— Поцелуй! Поцелуй! — скандировали все вместе.

Саймон обнял Вивьен и громко чмокнул ее в губы, потом поднял на руки и понес к машине.

Сзади неслись крики и аплодисменты.

— Отпусти меня! — взмолилась Вивьен, когда Саймон отнес ее от туристов на порядочное расстояние.

— Почему это? — подозрительно осведомился он.

— Вдруг еще туристов встретим. Я не хочу больше целоваться у всех на виду.

Слова Вивьен о туристах, которые могут им вновь попасться, охладили пыл Саймона, и он отпустил Вивьен.