Ее ответ, похоже, не удовлетворил Гранта, поскольку, взяв у нее кружку, он вместо благодарности лишь что‑то невнятно пробурчал себе под нос, и Шивон почувствовала, как в ней снова закипает гнев. В конце концов, это был ее дом, ее квартира, ее гостиная. Работать надо на работе. Любопытно, почему он приперся к ней, вместо того чтобы пригласить к себе?… Чем больше Шивон размышляла обо всем этом, тем яснее она понимала, что совсем не знает Гранта. Ей случалось иногда работать с ним в паре. Они встречались на вечеринках, несколько раз забегали вместе в бар, чтобы опрокинуть стаканчик‑другой, и один раз сходили вдвоем поужинать. Почему‑то ей казалось, что у Гранта никогда не было девушки. В участке к нему относились, в общем, неплохо, хотя и подсмеивались над его любовью к техническим новинкам. Он был полезным сотрудником, над которым иногда можно и пошутить.

Их с Грантом ничто не объединяло, и Шивон спросила себя, что заставляет ее проводить с ним свободное время. Больше того – почему она позволяет ему превратить свое свободное время в продолжение работы?…

Допив вино, Шивон отставила стакан и взяла в руки «Атлас автомобильных дорог Шотландии». Открыв первую страницу, она увидела в квадрате Б‑4 остров Мэн и испытала прилив острого раздражения. Какого черта, подумала она, ведь остров Мэн вовсе не в Шотландии, а по морю не ездят на автомобилях! На второй странице в квадрате Б‑4 оказались йоркширские долины – унылое, заболоченное место, где не было никаких холмов, а уж тем более – гор.

– Черт побери! – громко выругалась она, и Грант поднял голову.

– Что случилось? – спросил он.

– Этот чертов атлас… Какой‑то Мальбрук в поход собрался! – Шивон перевернула страницу. В квадрате Б‑4 удобно расположился мыс Кинтайра, и она возмущенно фыркнула, но уже на следующем развороте ее взгляд упал на слова «Олленгольм». Почти что Олений холм, подумала Шивон и посмотрела на карту внимательнее. Она увидела тонкую ниточку семьдесят четвертого шоссе и городок Моффат, обозначенный на карте небольшим кружком. В Моффате Шивон однажды побывала. Городок показался ей очень живописным; он как будто просился на почтовую открытку. Кроме того, там был по крайней мере один приличный отель, в котором Шивон с удовольствием пообедала. В верхнем углу квадрата Б‑4 она увидела черный треугольничек, обозначавший вершину под названием «Олений Рог». Рядом стояли мелкие цифры – гора Олений Рог имела высоту восемьсот восемь метров.

Шивон посмотрела на Гранта.

– Олений Рог нам подходит? – спросила она.

– Что‑что?… – Грант поднялся и, подойдя к ней, сел рядом. Склонившись над картой, он коснулся плечом ее руки. Шивон с трудом заставила себя не дернуться.

– Этот Олений Рог – он же… у черта на рогах! – сказал Грант.

– Может, совпадение? – предположила Шивон. Грант кивнул, но она видела – он почти убежден,

что именно это они искали.

– Квадрат Б‑4, – проговорил он. – Только не Олений холм, как говорила твоя подруга, а Олений Рог. Гора Олений Рог… Вряд ли это совпадение.

Шивон включила телевизор и нажала на пульте кнопку «телетекст».

– Что это ты делаешь? – поинтересовался Грант.

– Хочу узнать погоду на завтра. Я не собираюсь подниматься на Олений Рог под дождем.

На обратном пути Ребус заехал в Сент‑Леонард, чтобы забрать свои записи и заметки по случаям в Глазго, Данфермлине, Перте и Нэрне.

– Может, вам помочь, сэр? – предложил один из констеблей.

– С какой такой стати? – резко оборвал Ребус. Да, он выпил, ну и что? Это вовсе не значит, что теперь он ни на что больше не способен.

Такси ждало его снаружи, и через пять минут Ребус уже поднимался к себе в квартиру.