«Если только у них появится на тебя какая‑то компра, они начнут закручивать гайки…» – сказала ему Джилл. И не успел Грант подумать об этих словах, как ему вспомнилась сцена в рабочем зале, когда он попытался поцеловать Шивон. Нет, впредь ему нужно быть очень осторожным в выборе друзей: ему придется тщательно взвешивать, с кем говорить и что сказать, с кем встречаться, а с кем нет, и так далее. И только если он будет обдумывать каждый свой шаг, он, быть может, сумеет подняться на следующую ступеньку служебной лестницы.

Главное, не нажить себе могущественных врагов.

В дверь его кабинета управления.

– Это вам, – с улыбкой сказал он и, вручив Гранту красивый бумажный пакет, удалился.

Грант заглянул в пакет. Внутри оказалась бутылка «Хосе Куэрво Голд» и небольшая открытка.

«Поздравляем и желаем успеха на новом месте. Не забывайте – нам, как детям, нужно каждый день рассказывать сказку на ночь…

Ваши новые друзья – Четвертая Власть».

Грант улыбнулся. Ему показалось – он узнал если не руку, то стиль Аллана Джиллиза. Потом до него дошло – он так и не ответил на вопрос журналиста о своем любимом напитке, но Джиллиз все равно это узнал. Вряд ли он мог догадаться, следовательно, кто‑то проговорился.

Улыбка исчезла с лица Гранта. Бутылка текилы была не просто подарком – это была недвусмысленная демонстрация силы.

Зазвонил его мобильник, Грант вынул аппарат из кармана.

– Алло?…

– Констебль Худ?

– У телефона.

– Я решил заочно познакомиться с вами, поскольку приглашение на предварительную встречу до меня почему‑то не дошло…

– С кем имею честь?

– Стив Холли. Вы, вероятно, видели мою фамилию в списках?

– Да, видел… – Фамилии Холли в списках не было – во всяком случае, в списках самых уважаемых и влиятельных членов журналистского сообщества. Устная характеристика, которую дала ему Джилл Темплер, была краткой, но выразительной: «дерьмо».

– Мы наверняка увидимся на ближайшей пресс‑конференции или каком‑то другом мероприятии, однако мне показалось – будет лучше, если я сначала позвоню. Кстати, вы получили наш небольшой сувенир?

Грант не ответил, но Холли это не смутило. Рассмеявшись, он продолжал как ни в чем не бывало:

– Старина Аллан каждый раз проделывает что‑то подобное и при этом считает себя ужасно умным, но мы‑то с вами отлично знаем, что это просто тактический ход.

– В самом деле? – выдавил из себя Грант.

– Конечно. – Журналист снова рассмеялся. – Лично я не советовал бы вам иметь с ним какие‑то дела, детектив Худ. Для вашей работы важно держаться людей серьезных – таких, как я, например. Я на мелочи не размениваюсь, как вы, вероятно, успели заметить.

– Заметить?… – переспросил Грант и нахмурился.

– Подумайте об этом, детектив Худ. – И Холли дал отбой.

Грант уставился на свой телефон, и вскоре его осенило. У журналистов был его служебный номер, номер факса и пейджера, но он был уверен, что никому не давал номера своего мобильника. И снова в его памяти всплыли слова Джилл – еще один совет, еще одно предостережение:

«Когда ты узнаешь их поближе, кто‑то может понравиться тебе больше остальных. Я не знаю, кто это будет – у каждого, кто работал пресс‑секретарем до тебя, свои симпатии, свой выбор.