Выбор ответов невелик: либо Арафат потерял контроль над своими, либо кто-то решил сыграть против него чужими руками.

Виталий начал ходить по кухне и морща лоб рассуждать. Он выстраивал какие-то гипотезы, но все домыслы сводились к одному — Арафату незачем «кусать руку» кормящего его Советского Союза.

— Иваныч, так был же радиоперехват, где Мугния и Арафат говорили о заложниках, — напомнил о себе Гиря, который попытался встать, но Юра «Гриф» не дал ему это сделать.

— Был… — кивнул Казанов. — Мугния тогда всё отрицал. Мол, ни сном, ни духом. А ливанцы, наоборот, уверяли, что Радван под его прямым контролем. Теперь и фото это косвенно подтверждает.

— Почему бы тогда не перейти ко… второму варианту? — спросил Сеня.

Казанов на секунду застыл, потом медленно перевёл взгляд на меня. Выходит, всё это время КГБ знал про Мугнию. Разрабатывались какие-то варианты. Ещё бы знать, что значит второй вариант?

— Вы что думаете, Карелин? — Казанов выдернул меня из размышлений.

Сказать ему, что я пока в ах… ошеломлён, в общем? В новом теле меньше двух дней, а уже втянут в шпионские игры, похлеще инцидента с газом «Новичок».

— Радван, похоже, всего лишь исполнитель. Не тот уровень, чтобы всё это затевать. И верой тут не пахнет. Он явно не фанатик, — сказал я.

— Человек, который без денег «нет», а за деньги всегда «да», — хмыкнул Казанов. — Продолжайте.

— Мугния — правая рука Арафата. Не исключено, что метит на его место. И игра с заложниками — это способ подставить Ясира.

— Версия рабочая, — кивнул Виталий. — Что ещё?

— Думаю, ключевой здесь — вот этот тип, европейской наружности, — я указал на седого мужика на снимке.

Виталий приподнял бровь.

— Это американец, хоть и ирландского происхождения. И он, судя по всему, в этом трио из оркестра дирижёр.

Повисла пауза. Казанов почесал затылок, не торопясь называть имя.

— Мэлвин Барнс. ЦРУ. Узкий специалист по смене режимов. Он здесь не просто так. Вопрос не в том, зачем он в Ливане, а кого именно он собирается менять. И на кого.

Получается, что Радван похитил заложников. Мугния его покровитель и фактически организатор. А главный заказчик — ЦРУ в лице Барнса.

Всё будто сходилось. Слишком хорошо сходилось, но что-то явно было не так. Слишком прямолинейно и в лоб для такой игры.

Вот и на лице Казанова застыл вопрос: «зачем?».

— Ладно. У нас есть как минимум двое, с кем можно работать по второму варианту, — сказал Виталий Иванович и вернулся к столу.

Снимки встречи арабов с американцем он отложил в сторону, как зафиксированную улику. Теперь Казанов начал рассматривать другие снимки. Там снова мелькали Радван и Мугния. Но… не только они.

Мой предшественник снял и других людей. На первый взгляд не имеющих к делу никакого отношения. Там были семейная пара с ребёнком, пара подростков на футбольном поле и старушка рядом с мечетью. Ещё на одном отдельном снимке юноша в тёмных очках, выходящий из белого Мерседеса. Недешёвый автомобиль, прямо скажем.

На общем фоне террористов эти люди явно выбивались. Не те лица, что ходят в обнимку с «Гиеной» и его шестёрками. Но я подметил, что тот парнишка в очках был в центре ещё одного кадра, в другой локации. Его лицо, пусть и скрытое за очками, вызвало холодок. Карелин как будто что-то знал о нём.

— Смотрите сюда. Во-первых, — я указал пальцем, — Носит часы на внутренней стороне запястья.